Я пыталась уловить, что чувствует Адриан, когда говорит о Марке. Помнится, тот, как и все остальные, верил, что Адриан напал на меня. Возможно, такой визит будет неприятен герцогу. Но, на удивление, я прочитала на его лице совсем другое. Казалось, Адриан был рад этому визиту.
— Элеонора, может, все же выпьешь с нами травяного отвара? — предложила Маргарет. — Булочки сегодня замечательные.
Когда она произнесла «с нами», я почувствовала, что медленно закипаю. Удивительно, как быстро они поладили.
— Мне казалось, мы спешим, — сказала я Адриану.
— Мы никуда не опаздываем, — пожал он плечами. Жест и поведение Адриана были совсем не похожи на него. Стоило подметить, что последнее время герцог был менее серьезным, чем обычно. Я вспомнила, как он проспал утром, и нахмурилась еще сильнее. Так и хотелось спросить, не болен ли он. Или это все пагубное влияние моей младшей сестры?
Возможно, на моем лице Адриан что-то прочитал. Ведь Кейм стал серьезнее и встал наконец со стула.
— Я прикажу собрать корзину, чтобы ты не была голодной, — сказал он.
И я кивнула. На данный момент я совсем не могла думать о еде, но была согласна с корзиной, чтобы поскорее отправиться в дорогу.
Ведь чем скорее мы узнаем ответы, тем быстрее я начну думать, что делать дальше.
Корзину с едой собрали быстро. Поэтому уже спустя пару минут мы оказались в карете. Приготовившись провести несколько часов в молчании, я привычно откинулась на спинку сиденья.
Но, к моему удивлению, уже спустя несколько минут молчания Адриан начал разговор.
— Какие у тебя планы, после того как мы разорвем контракт? — спросил он.
Я повернулась к неожиданному собеседнику, выбитая из колеи его вопросом. Даже не знаю, что больше удивило: то, что Адриан начал разговор, не будучи, как мне казалось, общительным человеком. Или то, что именно он спросил.
Но, призвав себя собраться, я смогла спокойно ответить.
— Займусь продажей дома, — сказала я. — Надеюсь, что Пэгги придет в себя раньше, чем я найду покупателей. А если нет, то сниму дом и буду ждать ее выздоровления.
В голове промелькнула мысль, что Пэгги может не проснуться. Но она причиняла такую боль, что я тут же прогнала ее прочь. Нет! Я верила всей душой и сердцем, что любимая нянюшка обязательно проснется.
Адриан кинул на меня молчаливый взгляд. Я не знала, что он подумал. Возможно, то же, что и я, но поднимать больную тему или призывать к рассудку не стал.
— Тебе не нужно продавать дом, — неожиданно сказал он.
