А то, что сидел – так это потому, что воры мне житья не давали, пришлось отбиваться. И к Рычагу, сказал, у меня была личная неприязнь. Потому что он вор. Короче, мы с Измайловым друг друга поняли. Но договор надо было скрепить печатью, поэтому я предложил ему деньги. Десять тысяч в месяц. Он же понимает, кто я такой. А он со мной сделку заключил. Угрызения совести, все такое… В общем, для ровного дыхания ему компенсация нужна. Я ее предложил. Он не отказался…
– Самого Измайлова прикормили? Круто."
"– Ну а кто-то же должен держать в узде оперов… Я же говорил тебе, как только менты почуют нашу силу, сразу захотят сотрудничать с нами.
Раньше я для Измайлова никем был, а сейчас он со мной считается. Так бы послал он меня с деньгами далеко-далеко, а сейчас ему эта мзда в радость. Потому что, по-любому, со мной договариваться надо. Вот он и договорился и еще куш собрал… В общем, все нормально, Дима. Еще с Мироедовым осталось договориться. Этому тоже на пенсию пора. И еще генерала неплохо бы получить. Должность у него полковничья, но если хорошо проплатить, то можно и на ступень выше занимаемой должности подняться.
А где можно деньги на такую проплату взять? У кого деньги, у того и власть…
– Одних денег мало, тут еще головой надо уметь.
– А ты во мне сомневаешься?
– Нет.
– Вот и правильно. Со мной не пропадешь…
– А может, не надо мне к нему в ментовку? Может, я ему домой занесу?
– А ты думал, я тебя в ментовку засылаю? – усмехнулся Шурин. – Нет, это я образно. В смысле, что мы точку на Свердлова пятьдесят семь освоили… Не надо к Измайлову в кабинет идти, я тебе телефон дам, позвонишь ему, он скажет, куда подъехать.
Заодно познакомишься с ним. Ну, чтобы напрямую контактировать. Мало ли что, вдруг пригодится… Кстати, как там Нина твоя поживает?
– Нина? Да нормально все.
Этот вопрос можно было воспринять как мостик для перехода на отвлеченную тему, но Дима понимал, что Шурин интересуется его девушкой неспроста.
– Завтра заявление в загс поедем подавать.
– Ну, дурное дело нехитрое.
Федор Васильевич улыбнулся вроде бы весело, но в глубине глаз угадывалось недовольство. Не понравилось ему такое решение, не хотел он, чтобы Нина выходила замуж. Во всяком случае, Диме так показалось.
– Почему дурное? – нахмурился он.
– Да потому, что жизнь у тебя лихая. Тот же Нияз тебя заказать может. А вдруг у него получится? И тогда останется Нина без мужа. Да еще с ребенком…
– Ребенок и так будет. А то, что вдовой останется, – лучше так, чем никак.
