Твой предлагал нас поженить, говорил, что это будет выгодно для бизнеса и тому подобное. Он сказал, что ты в курсе его планов и сама давно мечтаешь выйти за меня замуж. Вот я и подумал, что ты просто хотела получить наследство от деда и притворялась все это время, что все, что между нами было не по-настоящему. Я сорвался на тебе, прости меня. Не знал тогда, что вы не общайтесь.
— А между нами и было не по-настоящему, — выносит мне свой приговор, — по-настоящему, это когда доверяют друг другу и выясняют все недомолвки между собой, а не перед всем университетом и не рубят с плеча, наплевав на последствия.
А между нами было наваждение. Было и прошло. И ты не прав, мы общаемся.
Ника разворачивается и хочет пройти дальше, но я снова удерживаю ее. Она смотрит на мою руку хмурым выразительным взглядом.
— Не надо меня трогать, — зло рычит на меня.
— Хорошо-хорошо, я не буду, но не убегай, пожалуйста, — быстро одергиваю руки и поднимаю их вверх.
— Прости меня, я все исправлю, обещаю, — говорю проникновенно, глядя в глаза.
— Я простила, а исправлять здесь нечего. Все в прошлом.
— Не в прошлом, у нас с тобой все только начинается.
— Нет. Нас с тобой не существует. Есть я, и есть ты. Не вместе.
— Ты не выйдешь за него замуж, Ника. Ты моя, — перехожу сразу к главному и чеканю каждое слово."
"Она пару минут смотрит на меня в изумлении, потом быстро приходит в себя и убегает. Но ничего страшного, главную позицию я обозначил, пусть переварит пока и свыкнется.
Глава 49
Прежде чем начать налаживать отношения и вымаливать прощение у Ники, я понимал, что надо как-то перед всем университетом обелить ее репутацию, показать, что это я полное ничтожество, обидел ни в чем не виновную замечательную девушку.
Перебрал в голове кучу идей, но все было не то. Она лучшая из всех, что я знал и теперь совсем недоступная для меня, поэтому просто мне не будет.
В итоге, приехал к университету специально в то время, когда основная часть студентов собираются домой. На первом этаже сразу у входа у нас большой холл, я весь его заставил цветами, мне под заказ привезли целый фургон пионов.
На подоконники тоже разложил. На стене висит большой экран, на который крупными буквами была выведена надпись «Ника, прости меня, пожалуйста, и вернись ко мне». Сам я выжидательно стоял у стены, чтобы было сразу понятно, кто здесь больше всех виноват. Все это губило напрочь мою репутацию самого отъявленного бабника, но плевать мне на это было. Я хотел, чтоб это увидели все. И они увидели.
