Наконец, услышав в трубке долгожданное сонное «будьте вы все прокляты», я спрашиваю эту козу:
— И как тебе совесть позволяет спать, стервь?
— А чего?
— Ты бросила меня на Юдина! С какой, скажи мне, стати вы привезли меня к нему?
— Мы? — возмущается, видимо, проснувшаяся хозяйка синей ямы. — Я, конечно, многое помню довольно смутно, но нести справедливость в массы требовала именно ты.
— Какую нахрен справедливость?
— Этого я не помню, но тогда казалось логичным, что Мишель должен страдать.
— Этот хрен даже выспался, а страдаю именно я! У меня болят голова и жопа!
— Слушай, последнее, что я помню, это твою исповедь про ваши с Юдином непонятки! Мы поцапались, помирились, решили, что нам надо бы все-таки закусить и поехали за лучшим в городе хачапури в «Дом Нино» …
Я вздрагиваю, припомнив, как дома доставала хачапури по-аджарски из сумочки.
Хозяйственная я гостинчик-заначку сунула в сумку как есть, даже без пакета, и яичный желток затек абсолютно везде.
— А там была свадьба, — продолжает бубнить Алсу, которую, похоже, опять клонит в сон.
— Кто-то сказал: «Садись, гостем будешь!». Всё. Дальше я ни гу-гу. Так что не надо валить с больной жопы на здоровую!
Я замираю.
Я вчера еще и исповедовалась?
То есть Алсу знает все? Или не все?
И как она мне глаза не выцарапала?
— И… э… как ты относишься к моим откровениям? — напрягаюсь я.
Близкой подругой я Алсу пока назвать не готова, но вот врагом я ее иметь не хотела бы. Гиперактивная и темпераментная она способна испортить мне жизнь так, что проще свалить в другой город.
— Прямо сейчас мне абсолютно плевать, — честно признается Алсу. — Высплюсь и решу. Но, если ты отстанешь от меня и дашь вернуться в теплую постельку, шансы, на твое выживание возрастут.
— Ладно, — соглашаюсь я. — Только скажи, все нормально? Ты дома? Нормально добралась?
— Я не помню, но помнит Марат. И утром он наградил меня таким взглядом, что мне кажется, когда он вернется с работы, жопа болеть будет уже у меня. Все, я баиньки.
Ох, уж эти старшие братья…
Блин, Алсу спит, а я торчу на работе, хотя делать мне, откровенно говоря, совсем нечего.
С утра были только подтверждения доставки мебели для кабинета Юдина на Солнечной. И Санек отписался, что все пришло без брака.
Тошно, скучно, и некому морду набить.
В желудке сосет, а жрать не могу. При мысли о еде начинает мутить.
С тоской вспоминаю бульончик Юдина.
На свадьбе брата пить не буду."
"Достаточно погуляла на той грузинской свадьбе. Еще и рог сперла.
