Он замечательный друг, правда ведь?
С надеждой заглядываю ей в глаза."
"Давай же, убери свою злость и почувствуй меня, сестренка.
— Друг-да, — неохотно соглашается она.
— Ну вот. И человек. Сколько раз он выручал вас с Давидом! И меня. Это именно он помог нам решить проблемы с конкурсом и с моими девчонками. Он был рядом, хотя на тот момент мы еще не были вместе.
— Боже, ну почему ты не сказала, Алис? — всплеснув удручено руками, Оля обхватывает мои плечи.
— Потому что боялась твоей реакции. — грустно улыбаюсь, — Пожалуйста, не отталкивай его от меня своим недоверием.
Он нужен мне. Я кажется…
— Не говори этого…
— Люблю его.
Зажмурившись, сестра обессиленно оседает на край кровати и с неверием качает головой.
Понимаю, для нее это шок. Она знает Сашу намного дольше, чем я. Но разве это не показатель? Сестра бы не стала дружить с плохим человеком никогда.
Осторожно сажусь рядом и кладу голову ей на плечо, как делала в детстве, когда боялась пьяного отца, а она меня защищала. Пела песни, чтобы не слышно было их ругани с мамой, рассказывала сказки.
— Я знаю, ты хочешь меня защитить. — касаюсь её ладони и легко сжимаю пальцы, — Но можно я сделаю это сама? Просто будь рядом, как и всегда. Не заставляй меня скрывать что-то от тебя, мне от этого очень плохо.
Оля молчит, а я ее не тороплю. Пусть свыкнется, поймет и примет.
Спустя несколько секунд сестра глубоко вздыхает, а ее рука ложится на мои плечи.
— Ты же такая маленькая у меня, плюш, — произносит с щемящей нежностью.
— Я не маленькая.
Мне столько же, сколько было тебе, когда ты полюбила Давида.
Поднимаю голову и встречаюсь с ее глазами, полными слез.
— Знаю. Но я тогда была такой дурочкой. Приняла столько неправильных решений…
— Потому что все были против вас, — в горле растет ком, но я усиленно пытаюсь проглотить его. Зная в общих чертах историю любви Оли и Давида, я бы не хотела, чтобы в моей жизни было столько боли, — не будь против меня, пожалуйста. Ты очень нужна мне.
По ее щеке скатывается слеза, а я тянусь и вытираю ее.
Оля проделывает тоже самое с моей щекой.
— Наверное, маленькая ты только для меня, — говорит всхлипнув, а потом направляет взгляд в стену. — Еще ведь совсем недавно я варила тебе пюре и кормила из ложки.
— А потом я кормила Адель, — напоминаю сквозь слезы, — и Амирана.
— Об этом я как-то забыла. — Погладив меня по волосам, она нежно обнимает меня, и я чувствую, как мне становится легче. Страх, что так долго сидел внутри, исчезает. — Выросла, а я и не заметила.
