Я всего лишь прошу – не уезжай из города, пока мы с тобой не поговорим».
Листок выпал из моих дрожащих рук."
"Первой пришла гордость. Да как он посмел оставить мне деньги? Он что, принял меня за дешевую девку, что продает свои ночи мужчинам?
Потом проснулся разум. Что-что, а дешевой он меня точно не посчитал. Этих денег нам с отцом хватит, чтобы рассчитаться с большей частью долгов.
И, наконец, подключилось сердце. Он хотел снова увидеть меня! Хотел, чтобы я его дождалась!
Я ничуть не тешила себя мыслью, что он влюбился в меня настолько сильно, что готов был бы жениться на мне, даже скажи я ему о своем графском происхождении.
Конечно, нет. На девицах, которые запрыгивают в постель к первому встречному, благородные господа не женятся. От этого было ужасно горько, но я не позволила себе терзаться сожалениями.
Ни в какую гостиницу я, разумеется, не поеду. Он сам написал – эти деньги теперь мои, а значит, я вольна делать с ними что захочу.
Я сунула мешочек в карман нижней юбки (так надежней!) и выскочила за дверь.
Джули уже ждала меня в нашей комнате. В глазах ее плескалось любопытство, удовлетворять которое я пока была не намерена. Пусть думает что хочет.
Мы быстро добрались базарной площади, на которой ждал наш старенький экипаж. Под цоканье копыт и мерное поскрипывание колес Джули быстро заснула, а я еще долго смотрела в окно, пытаясь запомнить этот город. Город, где я встретила мужчину, о котором, наверно, не смогу забыть никогда.
Оставшуюся дорогу до дома я думала о том, как смогу обрадовать отца, когда покажу ему все эти золотые.
Я решила сказать, что нашла этот кошель, когда шла с базарной площади на постоялый двор. Ведь иногда такое бывает – какой-то господин положил его мимо кармана, и он валялся на дороге меж булыжниками. Было темно, и никто, кроме меня его не заметил. Даже если эта история покажется отцу сомнительной, в воровстве он меня не заподозрит – он знает, что чужое я бы не взяла.
Можно будет рассчитаться с герцогом де Трези и сразу же разорвать помолвку. Конечно, тетушка Жозефина заупрямится, но если она так хочет блистать в столице, то пусть выходит замуж сама.
При этой мысли я невольно улыбнулась – представить тетушку замужем было решительно невозможно.
Когда в окошко кареты я увидела показавшуюся вдали крышу нашего особняка, я едва не выскочила наружу – чтобы помчаться домой напрямик, через луг. Но когда мы въехали во двор, настроение мое переменилось.
– Ох, ваше сиятельство, похоже, у нас гость, – выдохнула Джули.
