Мой племянник ей нынче хлеб и молоко относил – говорит, бледная была и с трудом дошла до двери. Дом она сняла, вроде как, на неделю. А более я ничего и не знаю. Я – человек маленький, мне с чужестранками общаться ни к чему.
Он на лету подхватил брошенную мной монету и, поклонившись, метнулся в сторону ближайшего кабака.
А мы вернулись к закрытой двери.
– Она нам не откроет, – сказала я. – И не только потому, что больна. Думаю, она боится, что я стану ее искать.
– Вы можете обратиться к властям, – посоветовал Алан.
– Они имеют право взломать эту дверь. При вашем положении в обществе в ваших словах никто не усомнится.
Но я не готова была к столь решительным действиям.
– Мне уже кажется, что у нее вовсе не было нужного мне чертежа. А если так, то что мне даст ее поимка?
– Но вы хотели бы узнать про чертеж доподлинно? – Алан посмотрел на меня как-то странно. – Если так, то я думаю, мы должны поговорить с этой Лоренцой.
Он только коснулся замка рукой, и дверь тут же распахнулась.
Я вздрогнула. Нет, не потому, что меня поразило его тайное магическое умение. Просто я слишком хорошо была знакома с этой магией. Она была и у моего Джереми.
Но поразмыслить об этом у меня не было возможности – за дверью мы обнаружили узкий темный коридор, который привел нас в небольшую каморку, воздух в которой был столь спёртым, что мне захотелось распахнуть окно.
На низкой кровати лежала Лоренца. Я привыкла видеть ее румяной и загорелой, и от того нынешняя бледность ее кожи вызвала во мне не жажду мщения, а жалость.
– Ваша светлость? – девушка с трудом приподняла голову и вперила в меня лихорадочный взгляд. – Я знала, что вы придете. Простите меня, ваша светлость, я не думала, что всё получится именно так. Я причинила вам зло, но пострадала и сама. Нет, я не жалуюсь, ваша светлость, я это заслужила. Хотя я говорила Винченцо, что это был дурной замысел. Поверьте – я пыталась его отговорить.
– Кто такой Винченцо? – холодно спросила я.
Она сглотнула слюну.
– Мой муж. Я вышла замуж два года назад. Тогда отец был еще жив, и нам хватало его заработка, чтобы вести дом и хозяйство.
А вот эта новость меня неприятно поразила.
– Значит ваш отец умер?"
"– Да, – кивнула она, – полгода назад. Он как раз рисовал тот чертеж, что я должна была отвезти вам, но он не успел его закончить. Когда у нас закончились деньги, Винченцо сказал, что мы наверняка сможем получить от вас деньги даже за кусочек рисунка.
