Заметил только, что Нолан танцевал не с мадемуазель Лурье, потому что ту на первый танец пригласил принц Эмильен. Признаться, его высочество тоже был мне небезынтересен. Сейчас он был уже совсем взрослым, но его фигура по-прежнему оставалась юношески-угловатой, а движения были неуверенными, что совсем не подобало принцу.
В бальном платье Эдит Лурье показалась мне более милой, чем накануне, и они с Эмильеном смотрели друг на друга с такой симпатией, что я заскрежетал зубами. Ну, ничего, Нолан еще не вступал в бой.
Мы с Лилиан заранее договорились, что будем парой только в первом танце. Этикет требовал уделить внимание и другим дамам и кавалерам. Она знала, что я не люблю танцевать, но взяла с меня слово, что я поучаствую еще хотя бы в двух-трех танцах.
Моя жена остановилась, чтобы поговорить с какой-то старой дамой, и я получил возможность постоять в одиночестве. Взгляд заскользил по залу, но моей прекрасной незнакомки не было нигде.
Я обменивался вежливыми фразами с мужчинами, которых мне представляли, отвешивал витиеватые комплименты их дамам, но делал это неосознанно, не вдумываясь в смысл сказанных слов.
Правда, удовлетворенно отметил, что Нолан пригласил на следующий танец мадемуазель Лурье, и девушка, вроде бы, была этим польщена.
Вчерашняя незнакомка появилась в зале спустя не меньше часа после начала бала. Сегодня она выглядела настоящей королевой. Массивное изумрудное ожерелье и пышное платье из тонкой, будто воздушной дымчатой ткани.
Я как раз беседовал с принцем Эмильеном, и счел возможным спросить:
– Кто эта дама, ваше высочество?
– Герцогиня де Трези, – уголки губ принца чуть дрогнули. – Вы, должно быть, сочли моветоном, что она появилась так поздно? Не судите ее строго. Поверьте, это – одна из самых обворожительных женщин Эльзарии. К тому же, сказочно богата. Мой отец задолжал ей столько, что не удивлюсь, если скоро окажется, что наш дворец тоже уже в залоге.
По моему разумению, подобные речи были недопустимы для принца королевской крови (вряд ли кому-то, а тем более правителю соседней страны, надлежало знать о проблемах его величества), но то ли Эмильен так пытался со мной подружиться, то ли перед балом он принял лишний бокал вина, но он оказался весьма болтлив.
Я не сомневался, что он мог бы рассказать мне еще много интересного, но я не счел возможным продолжать расспросы.
Дополнительной информацией меня спустя полчаса снабдил герцог Тома.
