— Серафима сказала, пришлет детей летом при выполнении условия — Миша должен быть глубоко женат к июню!
— Бинго! Вы меня почти раскусили. На этом и закончим диалог. Нам пора домой, — отбривает, без тени улыбки.
— Живете на Рублевке в большом доме?
— Разве это плохо, когда есть один дом, собравший под своей крышей большую семью? Насколько я знаю, вы тоже не из бедной семьи…
Закусываю губу, не хочу обсуждать сложные отношения в своей семье. Всё равно не смогу ответить чужому человеку на личные вопросы.
Почему не общаюсь с мамой?
Виню ее в том, что у нас с отцом так и не сложились нормальные отношения.
Почему поссорилась с сестрой?
Ревновала ее к отцу.
Почему виню себя в смерти отца?
Потому что реально виновата. Если бы не я, то инфаркт бы не случился.
Едем в дом будущей свекрови.
— Девочки сейчас живут со мной, нам так удобнее.
— Майя и Маша?
— Что ты? В нашем доме есть еще две маленькие девочки — Алиса и Диана. Наши обожаемые принцессы! Взрослая девочка — моя свекровь Ярослава. Родители мужа переехали к нам.
Так веселее.
То, что в доме есть дети, меня радует. Я бы сейчас с удовольствием пообщалась с малышами.
Последние дни Стефания не берет трубки, не отвечает на эсэмэс. На мой вопрос, что стряслось, бывший муж написал: «Ты бросила дочь, променяла ее на свободу. Она не желает с тобой общаться!»"
"С разбитым сердцем жду воскресенья. Единственного день, определенный мне судом для общения со Стефой. Я уже подала на пересуд, чтобы выделили больше дней.
Пока интуиция подсказывает, что Игорь что-нибудь придумает, чтобы не дать нам встретиться и на этот раз.
Чего он добивается?
Почему Стефа молчит. Неужели не соскучилась?
Может, разлюбила?
Как такое возможно!!
Ауди заезжает в ворота, перед нами возвышается трехэтажный особняк. Гляжу на его огромные окна, и ничего хорошего не жду. Очень боюсь встречи со всеми жителями дома. Уж, слишком много их там собралось.
Не понимаю, зачем жить вместе? У них же много домов.
Автомобиль аккуратно паркуется рядом с крыльцом, выходим.
Поднимаемся по ступенькам, останавливаемся на площадке рядом с мощной дверью.
— Полина, я тебя попрошу об одном. Не задавать никаких вопросов, увидев очевидные странности.
Зря Воронцова меня «предупредила», ей удалось лишь напугать до чертиков. Теперь буду гадать, что там не так?!
Дверь открывается, заходим. Читаю аффирмацию, пытаясь расслабиться.
— Эй, — кричит «свекровь», — кто-нибудь бабушку встретит?
Слышу топот детских ножек. Ежусь.
