Закрываю за собой дверь, делаю шаг вперед…
* * *Глава 19
Кома
Михаил
— Серафима, вы здесь? — пробираюсь вперед, в кромешной темноте не вижу, что наступаю на швабру. Палка бьет по лицу. Копец как больно, но не кричу. Что обо мне подумает сильная женщина? Не хочу позориться.
— Фима, ты здесь? — протягиваю руку в поисках нужного объекта. Натыкаюсь на мягкую руку, касаюсь ее нежно, глажу пальцами.
— Здесь, — выдыхает растерянно.
Ну, да, глупо было бы сказать «нет», если я ее уже трогаю.
Внутри меня пульсирует бешеное желание, и воздух в комнатушке насквозь пропитывается тестостероном и эстрогенами.
Подхожу ближе и накрываю своим телом Серафиму. К моему удивлению, женщина совсем не сопротивляется, когда ощущает спиной мои крепкие ладони.
Я-то думал, Фима здоровая баба, но по сравнению со мной, она оказывается хрупкой.
Наклоняю лицо к ее лицу, легонько касаюсь носом ее носа. Смеемся. Я — бодро, она — застенчиво.
Пока мои руки заползают под ее халатик, губы ищут губы. Фима сама подается вперед и нежно касается моих губ.
— Может, свет включим? Я хочу тебя видеть, — предлагаю девушке.
— Нет, — в ее тоне сквозит легкая растерянность.
— Почему, нет?
— Не хочу, чтобы ты меня видел?
— Ты очень красивая, не надо стесняться! Подумаешь, пару — лишних килограммов, они тебя не портят! Поверь, у меня хороший вкус на женщин.
— Хам! Нет у меня лишних килограммов, — Фима бьет кулачком в грудь.
— Тогда что? — мои руки уже давно сняли с врачихи халат и отправились бороться с плотной сорочкой.
— Замужем я, мне стыдно! — еле слышно выдавливает девушка, и зарывается губами у меня в волосах.
Ее горячие губы касаются моей шеи, и я понимаю, что уже не в силах бороться с желанием. Оно накрыло меня окончательно.
— Выходи за меня! Я буду тебя любить, а еще у моего отца есть много денег. Тебе понравится!
Девушка хихикает.
— Мне нравятся твои глаза, они синие как васильки!
— Да-а? — Мощные эмоции накрывают меня с головой, когда руки Фимы оказываются там, где им не положено быть.
Рывком поворачиваю ее к себе спиной.
Мне мучительно больно, что эта богиня принадлежит не мне. Но сейчас она только моя! Делить ее с чужим мужем я не намерен, но кажется, у меня нет другого выбора. Или так, или никак.
Девушка не способна больше ни терпеть, ни притворяться. Стонет.
Я сам едва живой, тяжело дышу, нога болит, но обороты не сбавляю.
— Блин! — только сейчас вспоминаю о защите. — У меня нет резинок. Прости.
— Ничего страшного. Не останавливайся. Я не могу забеременеть.
