— Очередная клевета твоей сестры? Чего она всё трепещется? — гневно выдает Иван, едва садимся в его машину.
— Прости. Я сама устала от ее нападок. Не могу больше.
— Я давно тебе говорю, что пора выкинуть ее из нашей жизни. Жила же ты раньше без нее, и дальше проживешь.
Смотрю на любимого мужчину и ненавижу сестру. Понимаю, хоть я Ванечку ни с кем не застала, мой мир уже не будет прежним. Злость на Виту ударяет кувалдой в солнечное сплетение. Холодная волна дрожи прокатывается по телу, застывает в глубине сознания.
Она всё испортила. Я всегда буду подозревать любимого.
Приезжаем домой, выгружаемся у дома. Иду прямиком к сестре:
— Виталина, я хочу, чтобы ты сейчас же уехала из нашего дома и больше здесь не появлялась. Никогда!
— Андреева, спятила? — вопрошает удивленно Клим. — Ты с сестрой разговариваешь.
— Я не хочу общаться с человеком, который пытается разрушить мою семейную жизнь.
— Мама дорогая! Он тебе совсем мозги промыл. Ты даже не можешь ходить с собственными глазами, носишь линзы, чтобы нравиться ему.
Он сделал из тебя марионетку! Очнись, пока не поздно! — Виталина разворачивается и гордо уходит.
Клим качает головой, следует за женой.
* * *Спустя год
Муж занимается фрилансом, чего-то там продает в интернете. Живем на мои деньги.
— Когда приедете? — интересуется Ваня, целуя Стефу в щеку.
— Вечером, — собираемся с дочкой на день рождения к ее однокласснику."
"В гостях мне так скучно, что я оставляю дочь, обещаю вернуться к вечеру, сама возвращаюсь домой.
Захожу в дом, поднимаюсь на второй этаж и столбенею, слыша крики:
— Детка, кричи, захлебывайся в эмоциях! — хриплый голос мужа.
Заглядываю в комнату.
Он стоит в одних боксерах, стягивает зеленое платье с молодой девчонки. Разворачивает ее к себе спиной, хватает за бедра, заставляя наклониться вперед.
Стою, не могу ни шелохнуться, ни закричать, ни остановить.
Они доводят начатый акт до конца, а я по-прежнему стою и смотрю на молочные бедра незнакомки и яростные дикие движения мужа.
Цепляюсь за косяк, чтобы сохранить остатки разума.
Внезапно глубокий шок переходит в дикую истерику.
И тут на меня обращают внимание.
— Какого черта? Полина! — на меня орут так, будто это я виновата, что невовремя вернулась домой.
— Перезвоню, — муж впихивает девчонке платье в руки, выталкивает ее голую из комнаты. Натягивает боксеры обратно.
Вальяжной походкой подходит ко мне, берет за подбородок, впихивает мне в губы грубый французский поцелуй.
