Может, и не стоит и дальше противиться ему? Может, кинуться в пучину страсти, попытаться поверить в то, что он не даст мне утонуть и научит плавать в этом бурном океане страстей?
— Забавно, получилось, — начал он говорить и отвлёк меня от мысленных метаний. Его голос приобрёл бархатные нотки, но от него веяло лёгкой грустью, — я вытащил тебя из глубин моря, а сам погиб, утонув в твоих бездонных, как океан, глазах, — описывая свои чувства, он медленно убрал намокшую прядь волос с моего лица.
— Прости, — чуть слышно произнесла я.
Что я могла сказать в ответ? Усмехнувшись, он продолжил, словно и не слышал меня.
— Тогда я попросил у тебя сердце в качестве награды, но ты не смогла его отдать, теперь я знаю причину, — продолжая поедать взглядом моё лицо, он начал нежно гладить меня, — теперь, — его голос внезапно приобрёл рычащие нотки, — я заберу его сам, прости, русалка моя голубоглазая, но просить больше я ничего не буду: спасение утопающего дело рук самого утопающего, — и тут же накрыл мои губы своими.
Мне бы возмутиться на его последнюю реплику, но я не могла и не хотела. Вновь наивная дурочка подала признаки жизни, она хотела, чтобы этот мужчина её любил. Именно любил, а не подавлял, как это делает сейчас Марат, но как заставить его перемениться?
— Юль, — услышала его голос, словно издали, — девочка моя, как же я тебя хочу, милая, — оторвавшись от моих губ, прошептал он.
— Я тоже, — опуская взгляд, призналась.
Ну а что лукавить-то? Да, я его хочу! При одном взгляде на него у меня начинает кровь закипать, кажется, Марат для меня всё-таки стал персональным наркотиком, и я не в силах отказаться от него.
Так мне казалось сейчас, что будет завтра — не знаю, да и не хочу знать. Имею я право хоть раз в жизни почувствовать себя по-настоящему желанной?! Теперь я отчётливо ощутила разницу, когда мужчина страстно желает женщину, и когда тупо играет роль, причём неумело, как это делал Сергей. А Марат четыре с лишним года мечтал обо мне, а я страдала от одиночества.
Думая, что никому не нужна, и одна в целом мире.
— Где ж ты раньше был? — неожиданно сорвалось у меня с губ неожиданно.
Он вздрогнул, прекратил меня покрывать нежными поцелуями, и его ответ меня удивил.
— Я думал, что ты любишь другого, — признался он, внимательно смотря мне в глаза.
— Я тоже тогда думала, что люблю, а сейчас понимаю — это не так: принимала желаемое за действительное.
