— Ну, что стоим? Кого ждём? — не выдержала я.
— Ты должна кое-что сказать, чтобы я помог, — тихо произнёс он, обдав мой висок своим дыханием.
От этого мурашки пробежали по моему телу, как стадо диких мустангов, а когда его рука легла на мою пятую точку и сжала её, я не выдержала.
— Эй, вы что себе позволяете?! — воскликнула и попыталась освободиться.
— А ну, прекрати, — шикнул он и начал нежно её поглаживать.
Зараза!
— Пожалуйста! — пискнула я.
После этого слова меня подхватили на руки и усадили на пассажирское сидение.
Я же пыталась взять себя в руки, уж больно хотелось ему сказать пару «ласковых». Но вспомнив о плане, вновь прикусила язычок.
Он, заняв место за рулём, завёл двигатель автомобиля, и мы плавно тронулись с места. Я отвернулась к окну, изображая интерес к пейзажу за окном.
— Чтобы я не видел, что кто-то посторонний к тебе прикасался. Твоё тело должно знать только мои руки, — ледяным тоном произнёс он.
Ничего себе заявочки!
— А то что?
— Руки переломаю, а возможно, и ноги…
— Мишку не смей трогать! — перебила его.
— Он мне, между прочим, помощь оказывал! — заступилась за парня.
— Поэтому у него руки и целы, — мрачно смотря на дорогу, ответил невозмутимо он.
— Огласите весь список запретов! — не сдержалась и всё-таки вспылила я.
— Всему своё время.
Зараза!
— Мы куда едем? — взяв себя в руки, решила поинтересоваться маршрутом, а то мне через два часа за дочкой в сад нужно. — И зачем вы за мной приехали?
— Странный вопрос, не находишь? — мазнул по мне равнодушным взглядом.
— Вопрос закономерный, а вот ваше поведение действительно странное.
— Ничего странного нет в том, что я за своей женщиной приехал.
Дурдом!
— Мужчина, я не ваша женщина, — решила немного развеять его заблуждение.
— Будешь, — я только рот открыла, чтобы ему высказать протест, как он меня перебил, — только скажи, что нет. И я сверну в лесочек…
— Что, прикопаете там?
— Нет, сделаю тебя своей женщиной, раза четыре подряд, — плотоядно посмотрел он на меня.
— Опять саморекламой занимаетесь? — всё-таки съязвила я. Ну а что, должна же я от избытка яда избавиться, а перед домом паинькой прикинусь.
Он посмотрел на меня пристально, как-то зловеще усмехнулся и поменял маршрут, то есть попросту развернул машину и направился к выезду из города.
— Эй, вы куда? — испугалась я.
— Делать тебя своей женщиной.
Он что, серьёзно?
— В лесу? — сдавленным голосом поинтересовалась я.
— Можно в лесу, можно и в чистом поле.
