Я устала — это бесспорно, но уснуть не смогла. Повалявшись ещё минут пять, не выдержала и тихо вышла в сад, накинув халат — хотелось глотнуть свежего воздуха.
Небо заволокло свинцовыми тучами, словно погода копировал моё состояние. Я села на лавочку и вновь окунулась в воспоминания. Я искала хоть что-то хорошее, но тщетно — мама всегда была надменной и думала только о себе. Я никак не могла понять, зачем она постоянно делает операции? Но сегодня Соня ответила на мой вопрос — это своего рода психического расстройство.
Я была полностью согласна — не может нормальный человек так над собой измываться. Хотя у моей мамы был и другой мотив — молодой любовник, который жил за её счёт. Он хотел её бросить как только узнал, что финансовые потоки прекратились, последнее время упрекал её, что она толстая. Вот она и решилась на липосакцию. Наверное, любила его очень, раз жила только им. Оказывается, она умела любить, жаль, что не меня. Я бы её не предала, как сделал этот гад.
Пока я об этом размышляла, начался дождь, и мне казалось, что он смывает с меня всю боль прошлого, я словно отчищалась под струями воды.
Не знаю, сколько времени я провела в саду, копаясь в воспоминаниях, но вернул меня в реальность злой голос моего мужчины.
— Ты совсем из ума выжила?! — хватая меня на руки, принялся рычать он. — И как тебе доверять? Ты же сказала, что спать будешь! — продолжал он лютовать.
Я посмотрела в его глаза и всхлипнула, но уже от счастья. Мой мужчина. Пусть и тиран, но он действительно любит меня такой, какая я есть.
Стоп, а если…
— Марат, ты меня любишь?
— Да! — рыкнул он.
— А если я потолстею?
Он сбился с шага и посмотрел на меня удивлённым взглядом.
— Ты беременная? — затаив дыхание и продолжая сверлить меня взглядом, спросил он дрогнувшим голосом.
— Нет.
Я почувствовала его вздох разочарования.
— Даже спрашивать не буду, откуда у тебя такие дурные мысли.
— Нормальные у меня тревоги, вдруг я поправлюсь на килограмм… десять… — обиженно пробурчала, уткнувшись носом в его плечо.
— Поправляйся хоть на тридцать, мне всё равно.
Но если это будет вредить твоему здоровью, то сам в спортзал загоню и за диетой следить буду, — продолжал ворчать он.
И, как выяснилось, не зря — вечером у меня поднялась высокая температура. Я не умирала, но для Марата этого было достаточно, чтобы он вызвал врача. До приезда доктора смотрел на меня то взволнованно то, казалось, придушить собственноручно был готов. Он отлично знал причину моего недуга, поэтому и злился.
