Она с любовью смотрела на мелкого и гладила его по белой шёрстке.
Упс…"
"— Доченька, а от кого ты услышала слова «трепло бесхребетное»? — спрашивает Марат, с осуждением смотря на меня.
— Так мама говорила, и тётя Соня с тётей Людой тоже, — пожала она плечами, не понимая, почему отец хмурится, — а что?
Ну спасибо доченька, подставила маму с подругами, хорошо, что только это сказала, иначе даже страшно представить последствия — Марат в гневе непредсказуем.
— Доченька, мы это говорили про других мужчин, а наш дедушка и папа совсем не такие, — решила я разрядить обстановку.
— Я знаю, тётя Соня говорила, что у меня папа красавец, и мужчина хоть куда… — «Молодец, родная, реабилитировала нас!» — выдохнула я, но когда она продолжила, я чуть не рассмеялась в голос. — Только… я не поняла — куда?
— Эм… — замялась я, не зная, как объяснить это выражение.
— Внученька, тётя Соня имела в виду, что с ними выйти в люди не стыдно.
— Почему должно быть стыдно? — она внимательно посмотрела поочерёдно на нас всех, ожидая ответа.
— Понимаешь, — продолжила бабушка, — есть люди, которые вести себя не умеют.
— А… теперь поняла, этот как Ваня, он вечно грязный, и… — она посмотрена на нас и уже шёпотом продолжила, — нехорошими словами ругается, вот.
— Совершенно верно, — ответил Марат, всё ещё с осуждением смотря на меня.
Я поняла, что вечером меня ждёт лекция, что можно, а что нельзя говорить при дочери. Нужно отдать должное Марату, он никогда не позволяет грубых высказываний при ребёнке.
Прикинула, чем его можно отвлечь, и тут же вспомнила: у меня уже закончились женские дни, так что выход найден.
Пока я размышляла, Марат и его отец направились в зал, а мы остались в холле.
— Нужно поговорить, — направляясь к кабинету моего мужа, произнесла мама джигита. Сейчас она мне лекцию читать начнёт в присутствие дочки и домработницы. Приготовилась держать оборону, но всё пошло не так, как я ожидала. Бабушка села на диван и подозвала к себе внучку. — Алиса, о чём разговаривает твоя мама и её подруги, нельзя говорить папе.
У меня челюсть отвисла от удивления.
— Почему? — искренне удивился ребёнок.
— Понимаешь, иногда в эмоциональном порыве мы можем наговорить лишнего, а потом пожалеть о сказанном. Вот представь, что бы случилось, если бы мама поняла свою оплошность и изменила мнение, а ты папе рассказала о ранее сказанных ею словах?
— Они могли поругаться, — сделала правильный вывод моя девочка.
— Вот именно.
