— На чём я закончил?
— На том, что ты под страхом смерти на мне не женишься.
— Так вот, ты и сестра Тимура меня не интересуете, советую выкинуть дурь из головы, в противном случае вас ожидают проблемы. И, Аля, советую вспомнить, что такое самоуважение.
— Это твой окончательный ответ? — не скрывая раздражения, процедила она.
— Да, а сейчас сделай милость — покинь мой офис и больше не попадайся мне и моим друзьям на глаза.
— Какой же ты…
— Ещё слово — и ты покинешь мой офис с позором, а твоя перекошенная от злости физиономия будет на первых полосах жёлтой прессы.
Как ты думаешь, Тимуру это понравится?
Дама фыркнула и со всей дури хлопнула дверью.
— Шалава безмозглая… — пробурчал мой.
Полностью с тобой согласна дорогой, она ещё та дрянь. Ты посмотри на неё, моего мужчину решила купить! Да я тебе за него все лохмы повыдёргиваю! Он — мой! Точка! Чуть ли не вслух рычала от злости и ревности.
Так, стоп… Я ревную? Считаю его своим? Неожиданно.
А чему я, собственно, удивляюсь? Он мужчина видный, один секс с ним чего стоит, а если учесть, что он отец моей дочери, разумеется, я подсознательно его считаю своим. А что тиран, так это временный его недостаток… надеюсь. Насчёт ревности тут я, кажется, погорячилась — он мне повода никогда не давал. Ну и как в такого не влюбиться?!
Я вела мысленную беседу, пытаясь хоть как-то отвлечься, а тело уже затекло, ноги тряслись от напряжения. И не мудрено, держать их всё время на весу из-за этих чёртовых каблуков, которыми боюсь поцарапать пол в шкафу, оставив улики после себя в виде царапин.
Блин, чувствую, долго не продержусь…
«Марат, миленький, уйди, а?» — обращаюсь к нему мысленно.
— Где моя жена?.. Что значит «не знаешь, куда она ушла»?! — Злится.
А ты, милый, не буянь, и иди лучше свою пропажу ищи.
— Вот зараза, и трубку не берёт! — Я чуть не рассмеялась в голос, представив, как Марат набирает мой номер, а телефон звонит у него в шкафу.
М-да представляю его лицо, кода он откроет его, а я там в витиеватой позе нахожусь.
— Ну всё, дорогая, допрыгалась, найду — получишь по своей красивой попе.
«Что? Меня по попе? Совсем, что ли? Я взрослая женщина!» — чуть не заорала от возмущения, но вовремя прикусила язык — смекнула: если он меня здесь обнаружит, наказание мне светит гораздо хуже. Как назло, Марат никуда уходить не собирался, я уже начала впадать в отчаянье, но ему кто-то позвонил.
— Иду.
