В комнате на минуту воцарилась тишина, а потом виконт спросил:
– Хотите чем-либо поделиться о нем со мной? Холодок пробежал по спине Гарета.
– О ком?
– О своем отце?
– Нет.
– Он постарается причинить неприятности?
– Мне?
– Гиацинте.
Гарет не смог соврать.
– Может быть.
Это было самое страшное. То, от чего он не мог заснуть ночью. Гарет не имел ни малейшего представления о том, что барон может сделать. Или сказать.
Или что почувствуют Бриджертоны, если узнают правду."
"В этот момент Гарет понял, что должен сделать две вещи.
Во-первых, как можно скорее жениться на Гиацинте. Она и ее мать наверняка захотят устроить пышную свадьбу, которая потребует месяцы на подготовку, но ему придется быть непреклонным и настоять на немедленном бракосочетании.
А во-вторых, в порядке подстраховки надо сделать так, чтобы Гиацинта не смогла отказаться выйти за него, даже если его отец раскроет тайну его происхождения.
Придется ее скомпрометировать. И как можно скорее.
Оставался еще итальянский дневник. Если Изабелла знала правду и написала о ней в дневнике, Гиацинта может узнать его тайну и без вмешательства барона.
Хотя Гарет не слишком беспокоился о том, что об этом узнает Гиацинта, важно, чтобы это случилось уже после свадьбы. Или после того, как он ее соблазнит.
Гарет не любил, когда его загоняли в угол. И ему не нравилось, когда приходилось обороняться не совсем честными методами.
Но это... Это будет чистым наслаждением.
Глава 13
Всего лишь час спустя. Как мы уже заметили, если уж наш герой что-то задумает.
..
А мы не забыли упомянуть, что это был вторник?
– А? – переспросила леди Данбери. – громче! Гиацинта положила книгу на колени.
– По-моему, я это слышу не в первый раз.
– Конечно, – леди Данбери. – всегда читаешь недостаточно громко.
– Интересно, моя мама никогда на это не жалуется.
– Уши твоей мамы более позднего производства, чем мои, – фыркнула леди Данбери. – Где моя трость?
С тех пор как она увидела, как с нею управляется Гарет, Гиацинта стала смелее, когда бабушка угрожала ей тростью.
– Я ее спрятала, – с ехидной улыбкой сказала она.
– Ах ты, хитрая кошка, Гиацинта Бриджертон.
– Кошка?
– Я не люблю собак, – заявила леди Данбери, – или, например, лисиц.
Гиацинта решила отнестись к высказыванию как к комплименту – это был самый лучший способ, когда леди Данбери отпускала свои обычные шуточки – и снова раскрыла книгу.
– Посмотрим, где мы остановились...
– А где ты ее спрятала?
– Если я скажу где, то она уже не будет спрятана.
