Так что если бы не две юные особы, случайно встреченные на почте, кто знает, выбрались бы они когда-нибудь из западни, в которую сами себя загнали, или нет?
Тогда, когда после короткого разговора с матерью Алексей покинул телефонную кабину и заметил рядом с Артемом, Филей и Щедриным юную хохочущую незнакомку, он лишь усмехнулся: ну вот, опять! Еще до пляжа не дошли, а уже кого-то подцепили. Девушка оказалась не только смешливой, но и разговорчивой: училась в их же институте, на их же факультете и в придачу ко всему жила рядом с Артемом.
На почте она дожидалась подружку.
Когда эта подружка наконец завершила свой долгий разговор и подошла, он чуть не присвистнул: вот она, незнакомка с зелеными глазами! — и на всякий случай сделал вид, что не помнит истории с лифтом. Однако позже он упомянул об этом с умыслом. Уж слишком непринужденно она себя вела, и Алексей, считая такое поведение хитроумной игрой, захотел посмотреть, как она станет выкручиваться в этой ситуации. А девушка и не собиралась выкручиваться: смутилась, покраснела и… сама же над собой посмеялась.
Ну не сталкивался он с таким прежде!
Заплыв в темноте и утренняя встреча в кабинете декана запутали Алексея окончательно. Тамара Крапивина — круглая отличница и гордячка (ни с кем не встречается и никого к себе не подпускает!), словом, положительная во всех отношениях барышня, нагло врала декану только для того, чтобы выгородить Радченко! Даже в ресторане, куда он пригласил ее в знак благодарности, даже там она умудрилась выдернуть несколько кирпичиков из сооруженного им стереотипа, к которому он ее причислил и от которого никак не желал отступать.
Ни с кем из девушек ему не было так просто, легко и весело!
Последняя попытка поставить Тамару в один ряд с другими провалилась с большим треском, и на некоторое время Алексей даже потерял уверенность, что при желании может заполучить любую женщину. В тот вечер ему не только впервые в жизни отказали — в тот вечер разрушили стереотип его собственного поведения.
За живое задели слова: «Сегодня с одной, завтра с другой, без чувств, словно конвейер. Одни животные желания… Не надоело?» Да надоело, в том-то и дело! Но ничего другого он не знал, не видел, не чувствовал, и это была не только его вина!
Однако спустя сутки глупой попыткой вернуть шампанское сама же Крапивина все и испортила. «Да она просто дура!» — убедил себя Алексей, усилием воли заблокировал всякие переживания и уехал на практику.
