— И…?
— Я же сказала, я изучаю, читаю, смотрю, слушаю, как учебник, все понимаю, но… Но ведь это не все, чем компания занимается, и толку от моего понимания — целый ноль.
— Не правда, вот смотри, например это, — Гена открыл один из документов на рабочем столе, — финансовый отчет одного из отделов за полугодие. Видишь график?
Саша кивнула.
— Видишь, резкий скачок? Точнее спад, — Гена провел по красной линии, ныряющей вниз.
— Да.
— Это показатель трехнедельной давности. Уровень продаж резко упал.
А теперь, видишь, что происходит?
— Показатель растет, — почти незаметно, но линия все же стремилась вверх.
— Да. И так в каждом отчете. Открой их все. Пройдет месяц, потом еще один и мы вернемся на тот же уровень, что и до… — Гена прикусил язык, осознав, что снова пошел не в ту степь. Он пришел сюда не в очередной раз напомнить Саше о смерти отца. — Еще немного и компания вернется на тот же уровень, что весной.
— Это радует, — он пытается ее подбодрить, за это стоит быть благодарной, обернувшись, Саша улыбнулась, наверное, чуть кисло, но по-другому в последнее время не улыбалось.
— Что мы делаем вечером, зай? — Саша часто пыталась вспомнить, неужели они проводили столько времени вместе до ее кражи? Неужели он правда устраивал ей вылазки в рестораны, театры и кино через день, точнее пытался… Сейчас, она предпочитала отказываться, под совершенно разными предлогами.
— Я хочу почитать о компании, — девушка указала на монитор.
— А может, я лучше тебе больше о ней расскажу? — еще одна попытка ее поцеловать, и Саша резко разворачивается, чтобы избежать касания губ.
— Давай не сегодня, я даже не буду знать, какие вопросы стоит задать. Дай мне пару дней, я подготовлюсь, а потом с радостью! — про себя Саша добавила: «пойду и спрошу то, что меня интересует у Эдуарда Александровича, а перед тобой просто извинюсь».
— Ну, тогда, сегодня просто поужинаем, — она никогда не замечала, что Гена такой настырный.
Ведь не дурак, видит, что она всячески изворачивается, лишь бы избежать его, но старательно делает вид, что это нормально.
— Гена, я честно, не уверена, что хочу сегодня куда-то идти, извини, но…
— Ты подумаешь, — он улыбнулся так, как детки, еще слишком маленькие, чтобы реагировать на слова, но тонко чувствующие каждую эмоцию, и улыбнись ты им в ответ — они зальются счастливым смехом, а сделай серьезное или гневное лицо — расплачутся.
