Саша чувствовала, что он совершенно окаменел, что руки свисают вдоль туловища, а плотно сжатые губы не дают возможности поцеловать по-настоящему, но предпринять ничего не успела. Услышанное, наконец-то дошло и до него, руки сжали ее в сильных объятьях.
— Малышка, как я люблю тебя, как я люблю вас! — он покрывал поцелуями лицо, чувствуя солоноватый привкус слез, слышал смех… Впервые за много-много дней, слышал ее смех, и не мог остановиться. Самый сладкие в мире губы произнесли слова, о которых он так давно мечтал.
Самые красивые в мире глаза смотрели на него сейчас, излучая любовь, о которой знал он, и знала она.
Чуть надавив на плечи Самарского, Саша повалила его на ковер, расстегивая рубашку. Какой же она была дурой тогда, когда думала, что сможет жить без него. Кого пыталась обмануть?
«Ты не даешь мне дышать.» Именно это, она когда-то бросила ему в лицо. Неужели тогда она думала, что сможет дышать без него? Что сможет дышать не им?
— Ты уверенна? — Ярослав остановил ее, накрывая руки своими.
Он хотел ее, хотел с того момента, как впервые увидел, и не прекращал желать ни на секунду, но теперь, готов был ждать. Ждать столько, сколько ей понадобится. — Если ты не…
— Молчи, Самарский, — отбросив его руки, Саша снова прижалась губами к его рту, а не совсем расстегнутую рубаху дернула, наслаждаясь звуком рвущейся материи. — Мне нельзя нервничать, а если ты будешь продолжать задавать глупые вопросы, я буду нервничать.
"
"Слова сработали именно так, как она рассчитывала, сдерживаться Яр, к счастью, перестал, ее подхватили на руки, отнесли на широкую кровать, а потом занялись уже ее гардеробом. Он целовал ее страстно и в то же время нежно, до мурашек, гладил кожу, будто хотел быть уверенным, что происходящее не мерещится.
— Я люблю тебя, — Саша выгнулась навстречу, спиваясь ногтями в напряженную спину. Лишь впервые сказать это было сложно, а теперь, о подобном хотелось кричать.
На каждом углу, каждому встречному, а главное — ему.
— Саша… — пусть страсть накрывала сейчас с головой, Яр пытался быть нежным, пусть она просила о другом, не давал их общему желанию взорваться тут же. Он сводил с ума ее, сводил себя, и упивался этим моментом. Они снова вместе, снова она его, а он ее. Снова мир вокруг пропал, сжавшись до размера этой комнаты.
