Как оказалось — медсестры на рецепшине далеко не так надежны, как того желали бы пациенты, которым важно сохранить медицинскую тайну. Уже через пять минут Артем знал, в какой же именно кабинет пошла девушка. Конечно, врываться, подслушивать или изощряться еще каким-то подобным образом он не собирался, наградив хлопающую глазами медсестру улыбкой, отправился дожидаться Титову в машину, чтобы вернуться потом.
Это был уже не первый ее поход в клинику, а Яр давно поручил ему узнать, в чем необходимость, и сегодня он собирался поручение исполнить.
За время его отсутствия, медсестра успела смениться, но очаровывание новой времени заняло не намного больше.
— У доктора Горина сейчас пациентка, да и вам нельзя… без записи, — девушка явно изнывала от любопытства, что мужчине может быть нужно от женского врача, но напрямую спрашивать не спешила.
— Ну, так запишите, я не против, — Артем навалился на стойку, достал из кармана купленную по дороге шоколадку, положил рядом с собой.
— Как кого? У него расписано все до вечера.
— А завтра?
— И завтра. И послезавтра, и до Нового года. Я могу после, подождете? — девушка улыбнулась так мило, словно приложив все усилия, нашла-таки единственный возможный способ решить его проблему.
— А когда у доктора Горина обеденный перерыв? — до Нового года он ждать не собирался, впрочем, как и до завтра.
— В два.
— Вот и отлично, вы же не против, если я пока тут подожду? — оттолкнувшись от стойки, Артем подошел к таблице-указателю, разыскивая номер кабинета нужного ему врача.
Ждать предстояло не так-то долго.
— Сидите, но я же говорю, у него слишком плотный график, он вас не примет, разве что рожать начнете, прямо здесь… — скептически осмотрев спину Артему, она снова занялась своими делами, шоколадка при этом была припрятана в потаенное место.
Приняв стратегически правильное место, Артем выжидал, пока наступит подходящий момент. За время, проведенное тут, он успел сосчитать трех посетительниц Сашиного врача, с одной даже познакомился, пока помогал спускать коляску с невысокой, но ощутимой для беременной женщины, лестницы.
— О боже, я не выдержу все это по новой! — вместо благодарности, он получил умоляющий взгляд незнакомки, которая одной рукой придерживала большой уже живот, а другой пыталась поправить вывалившуюся изо рта ребенка соску.
— Говорят же, что дети — цветы жизни.
— На могиле родителей! — мольба в глазах бедняги сменилась отчаяньем, когда родившийся, видимо, не так давно ребенок зашелся криком.
