Саша практически ощутила тот укол боли в самое сердце, что, несомненно, почувствовал он. А когда их взгляды встретились, поняла, что не ошиблась.
— А были? — и во второй раз показаться бестактной было уже не страшно. Это не совсем то, что она должна была выяснять. Ее интересовал отец. А этот вопрос касался матери. Просто ей нестерпимо захотелось знать, бросила ли она своего ребенка ради мужчины, которого любила до исступления, или… Или он был лишь способом избавиться от ненужных проблем, которыми стали они с отцом.
— Был. Очень недолго, но безумно счастливо, Сашенька, — он ведь не имеет представления, что она знает о нем куда больше, чем положено. Но только сейчас Саше показалось, что это заблуждение. Знает, знает и именно поэтому смотрит на нее с таким пониманием.
— А почему тогда развелись? — в их странный диалог взглядов вмешалась Алиса. Саша моргнула, отводя взгляд от гипнотизирующих зеленых глаз. — Ой, господи, — ответ услышать, им было не суждено, засмотревшийся на что-то официант, решил, что подобные разговоры пора прекращать — поднос с закусками выскользнул их неопытных рук парня, посылая целую горку пирожных на подол Алисиного платья.
— Черт, — как назло, они оказались кремовыми, жирными, сдобренными ягодами, которые тут же расплылись красочными пятнами по светлому платью.
— Простите, — парень распластался на полу, собирая остатки былой роскоши, а вот девушки чуть ли не застонали в голос, скрывая разочарование.
"
"— Нужно замыть, — Саша бросила извиняющийся взгляд на Шутова, собираясь помочь подруге с платьем. Как же не вовремя иногда случаются подобные конфузы. Еще немного, совсем чуть-чуть, и она бы знала…
— Конечно, — мужчина поцокал языком, оценивая последствия ущерба, а потом отступил, давая дорогу девушкам. — Конечно, а я велю подать машину, не волнуйтесь, — выдавив из себя благодарную улыбку, Саша сделала шаг в сторону уборной, вслед за Алисой.
— Дайте нам десять минут, — последнюю свою фразу девушка бросила, уже не оборачиваясь.
Она не видела, как ей вслед устремляется тяжелый взгляд. Не видела, как Шутов ставит полупустой бокал на поднос поднявшегося наконец официанта, как поворачивается к двери, как сжимает руки в кулаки, несколько раз моргая.
Она не слышала, как себе под нос мужчина произносит всего пару слов.
— Терпеть не могу, когда меня считают дураком, Настенька.
