Саша когда-то сомневалась, что у нее хватит сил ненавидеть убийцу отца так сильно, как это следует делать. Волновалась зря — сил хватило. Она ненавидела Шутова всей душой, не зная его мотивов, а главное — даже не желая знать. Ярослав сказал, что так он мстил… Ну что ж, мстящий должен быть готов, что на нем круговорот мести не остановится.
— Не понимаю, о чем вы… — Данилов поерзал на кресле, подобной напористости в Александре он раньше не замечал, да и по словам Самарского, она-то не в курсе, так почему тогда эта девчонка сейчас смотрит на него так требовательно, даже не моргая?
— Я хочу помочь в расследовании смерти собственного отца, что непонятного?
Он поступил тогда, как малодушный, растерянный юнец — выскочил из собственного кабинета, чтобы позвонить… Самарскому.
Будто он решал что, кому, когда рассказывать, а что держать в тайне. Ярослав взял трубку практически сразу.
— У меня сейчас Александра Константиновна, и она хочет помочь в расследовании… — Яр раздумывал каких-то несколько секунд, а потом голос его звучал уверено, будто он точно знал, что именно им надо делать.
— Скажите, что вам нужно время, до вторника. А тогда… Я организую встречу.
— Хорошо, — уже согласившись, сбросив, Николай послал привет Титову на тот свет. Черти что, но это дело превратилось в фарс, а не расследование. Никогда он не позволял подозреваемым и свидетелям руководить собственными действиями, а тут — сам бежит за советом к первому из числа потенциальных убийц."
"Нормальных ответов на свои вопросы, в тот день Саша так и не получила, зато ей была обещана встреча, которая, по словам Данилова, должна пролить свет на все происходящее и определиться, какую же роль ей придется сыграть во всем этом.
Хотя почему придется? У нее уже главная роль. Роль наживки, на которую крупная рыба может клюнуть.
А во вторник утром, Саша как всегда приехала в офис. Как всегда устроилась в кабинете отца, как всегда заткнула уши наушниками, включив классику. Говорят, это успокаивает нервы. В день положено посвящать как минимум пятнадцать минут классической музыке, чтобы обезопасить себя от стрессов.
Разумно, по ее мнению, взвесив, что с ее стрессами пятнадцати минут будет мало, Саша увеличила сеанс музыкотерапии до нескольких часов. Помогало? Нет. Но в этом признаваться даже самой себе совершенно не обязательно.
Сегодня, она нервничала особенно. Ерзала на кресле, нервно поглядывала на часы. Ждала, ждала и еще раз ждала. Чего конкретно? Сама не знала. Но хоть какой-то определенности.
