Звонить ему? Угрожать? Требовать вернуть квитанции? Да он просто посмеется надо мной!
Обратиться за помощью к Диме? Но будет ли это правильным с моей стороны?
Я хотела решить свои проблемы сама, не вмешивать Диму в разборки с бывшим. А теперь боюсь, что без Диминой помощи мне никак…
В полном замешательстве топаю к нему в кабинет. Здороваюсь с Денисом. Тот молча машет в сторону двери, прикрывая нос шарфом.
Дима ждет, стоя у окна, спиной к дверям. На столе лежит раскрытая коробка с цветными миндальными пирожными и дымят две чашки с чаем.
По кабинету разливается фруктовый аромат.
– Привет, – Дима с улыбкой оборачивается, когда я вхожу. – Устала? Проголодалась?
– Вы такой заботливый, Дмитрий Назарович, – тоже не могу сдержать улыбки. – Но зря. Весь офис уже сплетничает о нас.
– Пусть сплетничают. Лишь бы это не отражалось на работе. Давай, что там у тебя.
Кладу бумаги на стол. Судя потому, как Дима безразлично скользнул по ним взглядом, ничего важного или срочного там нет. Ладно…
– Дим…
– Да?
Он подходит ко мне сзади, опускает руки на плечи и целует в макушку.
Это придает мне уверенности.
– Тут такое дело… Мне нужна твоя помощь…"
"Я рассказываю ему все, без утайки. Начиная с получения в наследство бабушкиного дома и заканчивая пропавшими квитанциями. Про то, что живя с Толиком, работала неофициально и никак не могу доказать, что платила за квартиру сама. Что по бумажкам это муж меня содержал, потому что имел официальный доход, пусть этот доход и был чуть выше прожиточного минимума.
Что единственное доказательство – это квитанции, которые оплачивала мама. Но их больше нет.
У меня дрожат губы и срывается голос. Дима слушает, не перебивая. Только молча массирует мне плечи, будто чувствует, что я очень нуждаюсь в его поддержке.
Наконец, я замолкаю. Сижу, уставившись в тарелку с пирожными и даже не представляю, чего теперь ждать.
– Ясно, – говорит Дима, спустя долгую минуту молчания. – Разберемся.
Голос у него сухой, деловой. Он обходит стол, придвигает ко мне остывший чай:
– Пей.
Мне надо сделать пару звонков.
– Но меня ждут в отделе, – спохватываюсь.
– Я это улажу.
Первым, как я понимаю, он звонит Вадиму:
– Вернецкая сегодня останется у меня. Найди ей замену. Да, возникли кое-какие проблемы.
Потом поднимает взгляд на меня:
– Все, сиди здесь.
Снова кому-то звонит. Я прислушиваюсь, но мало что понимаю. Похоже, он поднял каких-то своих знакомых и теперь пересказывает мою историю. Разговор длится несколько минут.
