И вместо тощего подростка, которой помнил её раньше, теперь я видел вполне взрослую девушку.
«А ну-ка хватит! — приказал я себе. — Совсем ебанутый? Сестра же! Эх, бабы давно не было, вот и лезет в голову всякое».
— В общем, ничего хорошего, — я немного отодвинулся от Иры. — В лучшем случае — штраф, в худшем — два-три года тюрьмы. Надеюсь, не покалечил никого.
— А может, Эдуард Михайлович уладит вопрос? — Ира с надеждой посмотрела на меня. — Адвоката наймёт. Мы объясним всё, извинимся.
— Ну да, ну да, надейся! Эх, мало я навоевался, — я вздохнул.
— Теперь тут ещё разборки. Всё, давай ужинать и спать. Завтра будем думать.
Присутствие Иры напрягало. Чувствовал влечение к ней, но приходилось держать себя в руках, потому что нельзя. Хотелось поскорее остаться одному.
Но не тут-то было! Ира ни с того ни с сего бросилась ко мне на шею. Под тонким платьицем я ощутил два упругих бугорка, которые заметно подросли за последние полтора года. У меня аж пот на лбу выступил. «Твою ж мать! Да отвали ты от меня!» Ещё и голова разболелась не на шутку.
— Спасибо! — сказала Ира. — Не знаю, что без тебя делала бы.
И вдруг она расплакалась. Видимо, от стресса, который накопился за вечер. А я про себя матерился изо все сил.
— Всё хорошо, — я легонько похлопал Иру, — всё позади. В следующий раз будь умнее. Ну всё-всё, свали давай уже, чего прилипла, как банный лист?
Ира, наконец, отлипла, вытерла слёзы и улыбнулась:
— Ни за что больше в поместье не поеду, — сказала она.
После ужина я, наконец, смог побыть в своей комнате наедине сам с собой.
Благодаря выпитым перед едой таблеткам, немного полегчало, и я некоторое время сидел за своим голографическим портативником, изучая возможные последствия сегодняшней драки, а когда лёг спать, ещё долго смотрел в потолок и думал.
Сегодняшний день показа многое. Незнакомец не обманул, и действительно открыл во мне силу. Вот только зачем он это сделал? Почему именно я? Он сказал, что я достойный наследник, но что это значит? Чей наследник? Я ломал над этим голову все два месяца моего пребывания в госпитале.
"
"В больнице, когда мне привезли смарт и портативник, я только и делал, что копался в сети, ища информацию, которая прольёт свет на случившееся со мной в Волыни. Но о людях с фиолетовыми глазами я не нашёл ничего, зато узнал кое-что про серые зоны — остаток страшной войны, потрясшей Европу семьдесят лет назад — которые образовались на месте Франкфурта и Парижа после сброса на них энергоконцентратных бомб.
