Судя по старым ранам и тому, как уверенно тварь погружала свои лапы в тело, все было в точности до наоборот — нежить поддерживала угасающую жизнь, делясь своей энергией.
Осторожно прикрыв истерзанное тело одеялом, я тяжело встал на ноги и мрачно отвернулся. Я ничего не мог сделать. С такими ранами и в таком истощенном состоянии он не жилец. Будь здесь отец Флатис или Стефий, то еще был бы шанс, пусть крохотный, но шанс. Но лучше уж смерть, чем такое страшное существование в качестве игрушки для нежити.
Или я ошибаюсь? Ведь, может, это искалеченный некромант, приказавший своим слугам спасти ему жизнь.
Нет… насколько я знаю некромантов, он бы давно уже восстановился. Пусть не отрастил бы утерянные конечности, но не был бы в таком ужасающем состоянии. Тут что-то другое.
Пока я осматривал тело и предавался размышлениям, мои спутники успели сделать многое. В центре бывшей деревенской площади ярко пылал костер, над которым уже шипел закопченный котелок, ниргалы нарубили елового лапника и постелили поверх них одеяла.
Все еще бессознательного гнома сняли с седла и уложили рядом с костром, заботливо прикрыв несколькими одеялами.
Вновь подхватив незнакомца калеку на руки, я отнес его поближе к костру и уложил на лапник. Набросил сверху еще одно одеяло, чувствуя, что лишь оттягиваю его смерть. С такими ранами не живут, а подпитывающего энергией паука больше не было. Скоро начнется агония, а затем смерть. В любом случае я сделал, что мог, осталось лишь уповать на милость Создателя.
— Когда отвар будет готов, постарайся влить ему пару глотков, — велел я суетящемуся у костра Лени.
— И немного гномьей настойки. Только кормить не вздумай — он слишком слаб.
Лени безмолвно кивнул, и я зашагал прочь от лагеря. Хотел осмотреться по сторонам и немного развеяться. Один из ниргалов тенью последовал за мной, но я уже не обращал на них внимания. Свыкся, как с неизбежным злом.
У поваленного дерева я первым делом наклонился над ниргалом и, хотя не сомневался, что он мертв, постарался перевернуть его на спину.
Задача оказалась мне не по силам — уже смерзшаяся масса металла и плоти была просто неподъемной. Жестом подозвал своего охранника, и тот играючи справился с поставленной задачей. Силища у них неимоверная.
Мне хватило одного взгляда на окровавленные смотровые щели в шлеме, чтобы понять, что здесь уже ничем не помочь. Пауку удалось найти уязвимые места в броне и запустить туда узкие лезвия когтистых лап.
Радует только одно — броня спасла ниргала от лишних мучений.
