Загремели засовы, створки начали раздвигаться.
Первым внутрь ворвался Орнич, грубо растолкав плечами пару солдат, раскрывающих ворота.
— Вы как стоите, смерды тупые⁈ Перед вами сам десница императора Кабула!
Дабы придать вес своим словам, он небрежно врезал по лицу тому самому обладателю украшенного полосатым узором копья. Несмотря на видимую лёгкость удара, тот рухнул, будто топором в скулу схлопотал, а все прочие мудавийцы, внезапно осознав величину моего величия, подобострастно склонились. Некоторые так прониклись, что даже на колени бухнулись.
"
"С гордым видом я заехал внутрь и, оценив богатство россыпей козьего и лошадиного навоза, спросил:
— У вас здесь крепость второй линии, или хлев?
Ответа не последовало.
Да мне и не надо, это был, так сказать, предварительный вопрос:
— Где ваш холопий командир?
Один из солдат указал на вырубленного Орничем копейщика:
— Вот он, господин. Устал сильно, не может сам отвечать.
— А почему он в рваньё одет? Это точно ваш командир, а не бродяга?
— Да, господин, сейчас он точно наш командир.
— Сейчас? А если не сейчас, то кто вами командует?
— Господин Гар Роудик.
— И где этот Гар?
— Два дня назад куда-то отправился. Сказал, что за подмогой и припасами. Селения вокруг горят, рейдеров становится больше и больше. А у нас мало солдат и почти не осталось еды. Мы не сможем стены удержать, если большая банда полезет.
— Получается, это заместитель Гара отдыхает?
— Нет, господин, ваш человек побил Норрика, третьего десятника. Первый и второй десятники с господином Гар Роудиком уехали.
Они забрали всех наших лошадей и коз. Получается, главнее Норрика тут никого не осталось.
— Понятно… Сколько у вас всего сейчас солдат?
— Неполные шесть десятков, господин.
— Да уж, небогато… Как тебя зовут, солдат?
— Я Шлок, господин.
— А скажи мне Шлок, зачем, отправляясь за подмогой, забирать с собой всех ваших коз?
— Простите, но я не знаю зачем так делать. Господин Гар Роудик ничего нам не объяснял, он просто сказал, что забирает их с собой.
— Ладно, давай спрошу иначе. Я тут ещё ничего не рассматривал, но почему-то полностью уверен, что ничего ценнее коз в вашей крепости нет. Если я не прав, скажи прямо, тебе нечего бояться.
Шлок огляделся и пожал плечами:
— Господин, я не могу такое сказать, ведь вы правы. Две старые клячи да козы, вот и все богатства. У нас осталось немного крупы червивой и копья со щитами. Больше нет ничего, что можно продать. Ну разве что гвозди из ворот и башни выдрать на металл.
