На этом взрослом празднике я как никогда чувствую себя маленькой и несмышлёной девочкой.
Проходит два часа застолья, а кажется, будто вечность. Еда уже не лезет в горло, алкоголь тоже. Чтобы расслабиться, я позволяю себе выпить два бокала вина.
— Глебыч, а может, потом в бар махнём? — спрашивает опьяневший отец.
— Я тебе сейчас дам бар! — возмущается мама. — Мало алкоголя, что ли?
— Мариш, я и тебе предложить хотел. И Ирине Анатольевне. А, ребята?
С силой сцепив зубы, я смотрю себе в тарелку и часто дышу.
— Я пас, — отвечает Глеб.
— У меня на сегодня планы.
— Свидание? — усмехается мама.
— Девушка меня ждёт.
Мама чересчур громко смеётся, а я моментально заливаюсь краской. Тянусь к телефону и быстро печатаю сообщение Воронцову:
«Если Ира ещё раз невзначай к тебе прикоснётся, я оторву ей руки».
Глеб читает сообщение и так обворожительно улыбается, что я забываю о том, где и с кем мы находимся.
«Мелкая, ты как хочешь, но ещё пятнадцать минут, и я забираю тебя с собой».
На душе тут же становится хорошо и радостно.
Я перестаю обращать внимание на маму и тётю Иру. Плевать, что им, как и мне, тоже нравится Глеб. Он меня хочет. Он меня с собой заберёт. Осталось потерпеть каких-то пятнадцать минут.
Звонок в домофон заставляет меня вздрогнуть и пролить несколько капель вина на джинсы. Мама просит открыть дверь, потому что слишком увлечена рассказом Воронцова об учёбе в пограничном институте. Мне интересно, в школьные годы она его по-настоящему любила? Сильно? Так же, как и я?
Торопливым шагом я иду в прихожую и снимаю трубку домофона.
— Ник, я наушники привёз.
В висках начинает громко стучать, а в груди разрастается какое-то дурное предчувствие, будто что-то идёт не так, как должно было… Только не Рома! Нет-нет-нет! Я не ответила на его сообщение, а он решил приехать ко мне домой и вернуть чёртовы наушники лично. Как же не вовремя, а! Впрочем, как всегда.
Рома поднимается на этаж, воспользовавшись лифтом, и я открываю дверь быстрее, чем он успевает нажать на звонок.
— Привет! Спасибо, что привёз наушники, — встречаю его на пороге, приоткрыв дверь.
— Не за что, Ник, — улыбается в ответ Ромка и протягивает силиконовую коробочку в виде зайца. — Как ты? Как дела?
По нему видно, что он не хочет уходить и пытается задержать меня как можно дольше. И чёртово чувство вины перед ним вновь не даёт мне просто захлопнуть дверь. Я терпеливо отвечаю на его вопросы.
— У меня всё хорошо. Учусь. Подрабатываю.
— Правда? — удивляется он. — Кем?
— Фотографом.
