Нашёл его почти на окраине. Ехал туда полтора часа, ещё столько же стоял в пробках. Когда вышел из аптеки, набрал сестре и сказал, что отбой: заветный флакон с лекарством у меня. Не успев положить телефон в карман, я заметил знакомую фигуру товарища. Лёха шёл по тротуару и вёл за руку ребёнка. Мальчика, примерно лёт трёх. Позади них везла санки молодая женщина. Для меня это не было шоком, потому что жизнь давно показала, что случиться может всякое.
Я хотел деликатно сделать вид, что не вижу его, но Лёха передал ребёнка матери, сказал ей два слова и подошёл ко мне, протягивая руку в знак приветствия.
В том, что это именно его сын, у меня не было никаких сомнений: слишком был похож на него мелкий.
— Ты какими судьбами в этом районе? — спросил он, немного нервничая.
— Искал лекарство для матери.
— Её ещё не выписали?
— Нет, но думаю, что скоро. Возможно, на следующей неделе.
Напряжение между нами нарастало. Мать усадила ребёнка на санки, но малец начал капризничать и проситься к папе.
Лёха повернулся назад, махнул ребёнку рукой и тот моментально умолк.
— Глебыч, приходи завтра на спарринг, — предложил Крылов, как-то особенно тяжело вздохнув. — Поговорим, обсудим личное, а потом посидим где-нибудь. Мы так редко виделись в последнее время…
— Приду, — ответил я ему, тем самым давая понять, что не осуждаю.
Да и кто я такой, чтобы это делать? Сам встрял по самые яйца.
Можно было бы списать собственный грешок перед таким же неидеальным другом, но мой поступок ни хрена не равносильный.
Да, у Лёхи есть вторая семья, но я, старый дурак, полез на его любимую дочь, которая младше меня почти в два раза.
Глава 26
Зал, в котором прошла не одна моя тренировка, остался прежним. Таким, как и двадцать лет назад: сырость, подвальное помещение, сбитый воздух и те же снаряжения. Только цвет стен изменился — из ядовито-зелёных превратился в оранжевый.
На тренировки мы с Лёхой ходили исправно — каждый день, не считая выходных. Мы оба горели спортом, кайфовали от самого процесса и с удовольствием ездили на соревнования.
Где-то в квартире до сих пор остались мои многочисленные награды.
Я снимаю с себя уличную одежду, переодеваюсь в спортивную и выхожу в зал. Лёха усердно наносит удары по груше и не сразу меня замечает. Я совру, если скажу, что с возрастом он остался таким же. Налицо лишний вес и одышка. Впрочем, я тоже другой: стал крупнее и шире, но всё так же с удовольствием занимаюсь спортом.
