Может, объяснишь мне, что…
Я не даю ему договорить и тут же отключаюсь, резко выводя машину на дорогу. Отсюда недалеко ехать — минут пять-семь. Ладно, с учётом непогоды — десять.
Машины медленным потоком тянутся в сторону центра. Бесит. Я нарушаю все возможные правила, заезжаю на бордюр, тороплюсь и обгоняю. Проезжаю на красный, потому что стоять и ждать зелёный у меня не хватает выдержки. Проще потом заплатить штрафы.
Яркую вывеску «Спортлайфа» замечаю издалека. Всматриваюсь в лобовое стекло, подавшись вперёд, и понимаю, что поблизости нет никакой автобусной остановки.
Сдаю назад, разворачиваюсь и гоню в другую сторону.
За красным киоском находится хлипкая конструкция с полуразрушенной крышей и скамейкой. Остановка? Да, вроде бы. Но Ники здесь нет. Уехала? С силой ударяю ладонями по рулю, откидываюсь на спинку сиденья и устало потираю пальцами переносицу. Если в начале пути мне хотелось хорошенько всыпать ей по заднице, то сейчас просто хочется найти.
Я даю себе ещё одну попытку. Еду вперёд, разворачиваюсь на перекрёстке и ищу автобусную остановку на противоположной стороне дороги.
Резко ударяю по тормозам, когда замечаю её.
Ника сидит на скамейке, накинув на голову капюшон и греет руки в широких карманах. Злости больше нет, как и раздражения. Я несколько раз сигналю ей, открываю дверь и выбираюсь на улицу. Футболка и джинсы промокают мгновенно.
Я обхожу автомобиль и жду. Ника встаёт со скамейки, взволнованно оглядывается по сторонам. Я смотрю на неё с выражением лица «Ты серьёзно?».
Лучше ждать автобус, чем сесть со мной?
Протягиваю руку и помогаю Нике забраться в салон. С её одежды течёт так сильно, будто она упала в реку. И ладони ледяные.
— Снимай одежду, — прошу как можно спокойнее, включая обогрев.
— У меня под толстовкой ничего нет.
— Я сто раз видел тебя голой. Прекрати.
Ника осторожничает и ведёт себя скованно. Скрещивает руки, тянет мокрую одежду вверх. Под толстовкой только чёрный кружевной бюстгальтер, и я не отказываю себе в удовольствии посмотреть на неё ещё раз.
В сто первый. Светлая нежная кожа, по которой гуляют мурашки, худые руки и плоский живот.
Возвращаю взгляд на дорогу и сильнее давлю на газ.
— Можешь и джинсы снять.
— Куда мы едем?
— Ко мне.
— Глеб, я уже сказала…
— Ника, с чего ты решила, что я тебя жалею? — перебиваю её.
— Мне показалось, что ты со мной из жалости возишься… Не надо. Я нормально себя чувствую.
Усмехнувшись, включаю поворотник и выезжаю на нужную улицу.
