— Зачем?
— Я не скоро вернусь. Вдруг тебе нужно будет уйти.
Он собран и готовится на выход. Берёт телефон, ключи от машины и бумажник. Мы на секунду встречаемся взглядами. Его синие глаза выглядят не такими дикими, как вчера, скорее спокойными и умиротворёнными. И тон вовсе не требовательный и жёсткий. Я с ностальгией думаю о том, что всё происходящее сейчас, мне до боли привычно и знакомо. Осталось только подбежать к нему, поцеловать в губы и повиснуть на шее, но я этого не делаю. Веду себя сдержанно, даже скованно.
— У меня выходной, — отвечаю ему. — Мне никуда не нужно.
Он пожимает плечами и сразу же уходит.
От скуки я привожу квартиру в порядок. Видно, что здесь давно не жили: мебель покрылась пылью и запах стал сырым. Я переехала отсюда почти четыре месяца назад, но каждый уголок здесь до сих пор напоминает мне о том счастливом времени. Думаю, что Глебу тоже."
"Я вытираю пыль, мою полы и даже окна. Закончив, понимаю, что неплохо бы приготовить ужин, но продуктов в холодильнике нет. Логично. Вчера я ушла из квартиры родителей с одним телефоном, благо он привязан к моей карте, а нам на работе как раз на днях выдали зарплату.
Гораздо меньше, чем я получала за съёмки.
Я надеваю джинсы, заправляю в них футболку Глеба и критично осматриваю себя в зеркале. Выгляжу не очень, на парня похожа, но сбегать в ближайший магазин вполне сгодится.
На улице прекрасная погода! Светит солнышко, ветра нет совсем. Я не отказываю себе в удовольствии посидеть с мороженым на лавочке.
Купив продукты, я возвращаюсь к дому.
Настроение скачет в разные стороны: в одно мгновение мне кажется, что всё плохо и хуже быть уже не может, а в другое — я радуюсь тому, что происходит. В конце концов, если бы Воронцов хотел прогнать меня из своей жизни, он сделал бы это ещё вчера.
У подъезда стоит красный «Пежо». Я обхожу его и замечаю Свету, Алису и незнакомую мне пожилую женщину. Догадываюсь, что это мать Глеба.
Света недовольно вертит в руке телефон и тихо ругается, глядя на экран, а потом она замечает меня.
Переводит взгляд на пакеты в моих руках, на футболку брата, которую я заправила в джинсы. В её глазах мелькает догадка. Она вскидывает брови и слегка улыбается.
— Привет, Ника. А где Глеб? У него нет связи.
— Я не знаю, — пожимаю плечами. — Он уехал с самого утра.
Мы с матерью Воронцова перекидываемся тёплыми взглядами, хотя я не знаю, как она ко мне настроена.
— Ника, — тихо выговариваю я.
— Галина Ивановна.
Алиска крутится вокруг меня и что-то весело щебечет.
