Меня потом полдня колотило от мысли, что я сам заварил эту кашу, а ей пришлось без меня расхлёбывать. Нежной беззащитной девчонке, которая впервые в своей жизни не в того мужика влюбилась.
Я просыпаюсь, когда самолёт заходит на посадку. Тру ладонями глаза, чтобы окончательно прийти в себя. Разница между городами три часа, как раз отлично: Лёха ещё не успел уйти с работы, а я прекрасно знаю, где находится его офис.
Вызвав такси, я направляюсь на Новокузнецкую. Крылов арендует помещение на первом этаже бизнес-центра.
На мне экипировка спецназа и берцы, поэтому любопытные взгляды офисных работников мне обеспечены.
В приёмной сидит молоденькая помощница Лёхи — хорошенькая блондинка с голубыми глазами. Увидев меня, она поднимается с места и кокетливо улыбается.
— Здравствуйте! Чем могу быть полезна?
— Крылов у себя? — спрашиваю её.
— А вы по какому вопросу?
— По личному.
— Подождёте одну минутку? Мне нужно уточнить.
— Не волнуйтесь, он будет рад меня видеть.
Пока помощница торопливо набирает номер босса, я подхожу к двери с табличкой, где написано имя товарища, и толкаю её от себя.
Лёха смеётся, разговаривая с кем-то по телефону, но, увидев меня, тут же отключается и крепко сжимает челюсти.
— Ни хрена себе, — ухмыляется он, бросая мобильный на стол. — Ты же вроде бы улетел?
— Ты не отвечал на звонки, поэтому пришлось вернуться. Поговорить нам надо, Алексей Петрович.
Глава 42
— Ну говори, раз так, — скалится Лёха.
Я закрываю за собой дверь и медленно прохожу по просторному кабинету. Судя по обстановке, заряженной напряжением, школьный товарищ как минимум мечтает разорвать меня на ошмётки.
Впрочем, заслуженно. У меня нет детей, и я понятия не имею, что делал бы в такой ситуации, но вряд ли прыгал бы до потолка от радости. В общем, Крылову придётся смириться — у него нет выбора, потому что я не отступлю.
— Извини, кофе не предлагаю, Воронцов. Алёнка готовит его для уважаемых людей, а ты в свете последних событий таковым не являешься.
— Обойдусь, — усмехаюсь я.
Мы молча сверлим друг друга взглядами, будто вновь возвращаемся к истокам нашей дружбы.
Тогда тоже была злость, ярость, непринятие.
Я не считаю себя правым. Согласен, что переоценил свои силы и выдержку в отношении Ники, но мне совершенно не жаль, что так получилось. Как бы банально это ни звучало, но моя серая скучная жизнь с её появлением заиграла новыми красками.
— Ты, кажется, добился того, что моя дочь живёт в твоей квартире, — цедит Алексей. — Домой она возвращаться не хочет.
