– Кажется, ты писала, что Молотов был хорош.
Серьезно? Я что, совсем спятила? Не поэтому ли Клим так старается меня ублажить, игнорируя собственные потребности?
– Мне не с кем было сравнивать, – сглатываю ставшую вязкой слюну.
– А как же те, с кем ты этого мудака наказывала? Не справлялись?
Черт. Ну, вот что я за дура такая? Как то прекрасное, что между нами происходило, скатилось к этому? Я должна все исправить. Знать бы, как. Обхватив щеки Клима, шепчу:
– Не любили, как ты.
Тлеющий огонь в его глазах вспыхивает.
Перепачканные моими соками пальцы касаются лица. Они немного дрожат. Нас обоих здорово штормит на эмоциях. Мы будто оголенные провода – напряжение, искры, ток… Пробки выбило.
– Я вся запачкалась. Мне надо в душ.
– Мы еще ничего не делали.
– Я кончила уже три раза, Клим!
– Это облегчит мне задачу.
Хищно улыбаясь, Клим оттесняет меня к кровати. Ну, ладно. Сначала его удовольствие, потом душ. Я сажусь, нащупывая край постели ладонями. Тянусь к его штанам, которые за это время уже успели мне осточертеть, клянусь! Стягиваю вниз.
Ну, хоть на этот раз Клим не мешает. Ра-а-аз. И я на миг замираю, комично приоткрыв рот. Где-то там усмехается зэк, явно довольный моей реакцией.
– И ты меня… пальцами, когда тут такое? – сиплю.
– После такого, – Клим с намеком стреляет глазами вниз, – палацев ты даже не почувствуешь. А тебе и с ними вроде бы было неплохо.
Я зачарованно киваю. Нащупываю коробку с презервативами. Открываю, не глядя, и, достав один конвертик, шепчу:
– Боюсь только – у нас проблема.
"
"– Не тот размер? Да не парься. Впихнем, – со смехом заявляет Клим, забирая презерватив из моих рук. И нависая, опять меня жарко целует. В моей опустевшей вмиг голове чередой проносятся миллионы мыслей и растворяются, будто их и не было. Мне и ревниво, и сладко, и даже страшно немного. А достаточно ли я хороша? Вот ехала себе и не парилась. Думала как? Ему с голодухи все что угодно прокатит, а теперь… Так важно вернуть Климу хотя бы часть той нежности, что он мне подарил.
А как? Я ведь ничего не умею. То есть вот чтобы так… На разрыв. Отдаваясь и отдавая всю себя подчистую, без какой-либо задней мысли. Просто потому что иначе нельзя, оно тебя разорвет, если не выпустить.
– Клим… Климушка…
Он целует, втягивает поочерёдно соски. Водит пальцами, поджигая каждую клетку в теле. Сжимает. И опять возвращается пальцами к истерзанной промежности. Его так много, что я теряюсь.
