Но оттого каждое слово его ценнее и как будто большим смыслом наполнено. Я расслабляюсь, как по щелчку пальцев. Уходит все. Ревность, сомнения, страхи. С губ срывается мягкий смешок.
– О, да господи, Клим, заткнись.
Снимаю через голову худи. Касаюсь пуговицы на джинсах. Мой наряд совершенно не сексуален. Я решила, что в шелках на КПП я лишь привлеку к себе ненужное внимание. Зато на мне красивое белье. Надевая его, я старалась не анализировать то, что делаю. Я бежала сама от себя. Бежала от неизбежного. Того, что сейчас, без всяких усилий нагнав меня, дышит в спину.
Немного истерично вздыхаю. Дергаю язычок молнии вниз. Снять узкие джинсы красиво – нереально. Поэтому я делаю это максимально быстро.
– Носки оставь! – замечает Клим хрипло.
– Странный у тебя фетиш, – смеюсь я в ответ и выпрямляюсь, позволяя зэку меня рассмотреть. Прятать мне нечего. Я знаю, что красива. И его восхищенный взгляд – лишнее тому подтверждение.
– Дело не в фетишах. Пол холодный.
Что? Я растерянно опускаю руки вдоль тела. Не понимаю… Как ему удается одной фразой сносить все то напускное, за чем я по привычке прячусь? Не оставляя мне ничего.
Сметая робкие попытки укрыться. Перемалывая в пыль мою вымученную смелость, раскованность и искушенность.
– Клим, – истерично всхлипываю.
– Иди ко мне, Яся. Секунду назад ты была очень смелой.
И я иду. Благо здесь от стенки до кровати, на которой Клим устроился, два шага. Становлюсь между его широко расставленных ног. Касаюсь ежика на голове. Смотрю в глаза. Не могу отделаться от ощущения, что давным-давно его знаю.
Резкие скулы, ямочка на подбородке, ленивый взгляд из-под налитых тяжестью век… Может, мы в прошлых жизнях встречались?
Клим обхватывает мою талию ладонями.
– Худенькая. Еще немного, и пальцы сомкнутся.
– А сам, – шепчу. – Вас тут очень плохо кормят, да?
Не хочу его жалеть, но слезы помимо воли вскипают в глазах.
– Все-таки не нравлюсь.
– Нравишься. Да и какая разница, если вляпалась? – немного истерично смеюсь, уткнувшись ему в макушку.
– Да уж.
Никакой, – подтверждает Клим и снова матерится. Спускается ниже, обхватывает ладонями полумесяцы ягодиц. Ведет носом по животу. – Охрененно пахнешь.
Ну, вот ничего такого он не говорит, а меня прошивает током. Вцепившись в его плечи, откидываю голову, прогибаясь в спине. Так ему удобнее. Целовать меня. Скользить языком. По ложбинке, уходящей вверх от пупка. Прикусывать выступающие косточки на бедрах.
– Ащщ… Кошка царапучая.
– А?
Картинка перед глазами расплывается.
