Еще несколько недель назад я бы ушла к гостям, но только не сегодня, не сейчас — подорванное доверие очень сложно восстановить.
— Мы же с тобой договаривались, ты оставляешь меня в покое, а я… — фраза резко обрывается, а голос мужа становимся грубым. — Что тебе нужно?
Я чувствую, как сердце в груди ускоряет свой ритм. Кажется, будто я совершаю нечто предосудительное, продолжая стоять возле двери в спальню и подслушивать разговор, не предназначенный для моих ушей.
— Да, у Егорова может быть туз в рукаве, — тихо говорит Миша, а после непродолжительного молчания бросает резко: — Сань, не грузи.
Я делаю несколько неуверенных шагов в сторону гостиной, желая только одного — чтобы процесс по делу Захарова наконец-то завершился.
— Лар, это сообщение ничего не значит, — раздраженно бросает Вадим, когда я подхожу к двери кухни-гостиной.
— Я игнорировала ее вечерние звонки, списывая их на решение рабочих вопросов, но подобное сообщение — это перебор, Вадим, — твердо заявляет Лариса.
— Она — моя помощница.
На этом всё, — тон Романова становится ледяным. — У меня с ней ничего нет. А твои приступы ревности, милая, мне порядком надоели.
— Считаешь, я необоснованно требую разъяснений? — не повышая голос, говорит его супруга."
"— Это твои домыслы, Лара. Не больше и не меньше, — отрезает Вадим. — Не порть мне настроение. Мы пришли в гости к другу и его жене. Не устраивай хотя бы при них представлений. Оставь цирк для дома, хорошо?
Лариса не отвечает, а я спустя пару секунд проскальзываю в гостиную.
Натянув на свои губы что-то отдаленно напоминающее улыбку, приглашаю гостей за стол. Если бы я не слышала разговор супругов, то никогда бы не догадалась, что между ними что-то не так. Вадим выглядит настолько невозмутимым, что даже сама мысль о ссоре с Ларисой кажется невозможной. Но глаза его жены выдают истинное положение дел — в потухшем взгляде Лары отражается тоска и боль. Мне так жаль ее, ведь еще недавно со мной происходило нечто подобное.
— А Мишка-то где? — спрашивает Вадим, заполняя свою тарелку едой.
— Сейчас подойдет, — отвечаю резче, чем хотелось бы, и это не укрывается от супругов.
— Поругались? — тихо интересуется Вадим.
— Нет, у него важный звонок, — пожимаю плечами. — Лар, налетай. В этом ресторане очень вкусно готовят.
— Благодарю. Я немного задумалась, — быстро говорит она и моментально поясняет, демонстративно закатывая глаза: — О работе, конечно же.
— Скоро и я вступлю в ваш клуб трудоголиков, — усмехаюсь я.
