— Если бы я не стала адвокатом, то обязательно бы нашла себя в дизайне, — улыбается она, проводя рукой по стене, где нанесена декоративная штукатурка.
— Ваша адвокатская деятельность — своего рода лабиринт, из которого очень сложно найти выход, — я убираю верхнюю одежду в гардеробную.
— В этом ты права, — серьезно отвечает Романова. — Сказать по правде, мне как женщине приходится очень непросто порой. Мужчины более закаленные, тертые калачи, если можно так выразиться. Женщинам в этом мире сложно тягаться с ними.
— Но ты справляешься.
Миша советуется с тобой, — осторожно замечаю я.
— Да, не без этого. Твой муж смотрит на меня как на равную, как на профессионала, — глухо произносит она. — И это очень ценно, Инн.
В ее тоне присутствуют нотки, отдаленно напоминающие тоску или даже боль. Будто своим ответом Лара всколыхнула тему, о которой предпочитала бы не вспоминать. Отчего-то мне кажется, что связана она с ее неприятным мужем.
— Вы ведь недавно летали в Москву, — продолжаю я. Мне хочется узнать больше о той поездке.
— Продуктивно?
— Он тебе совсем ни о чем не рассказывает? — прямо спрашивает она, чуть улыбаясь. — Я понимаю его. Дело, в которое Миша ввязался, чертовски сложное.
— Мы с ним в последнее время очень отдалились, — признаюсь я.
— Обычно сразу после свадьбы люди становятся ближе, — задумчиво произносит Лара. — Хотя все зависит от самих молодоженов. В нашем случае душевной близости не было никогда.
А у нас была. До тех пор, пока Миша не взялся за дело Захарова. Но я тактично умалчиваю об этом.
Похоже, для Лары их отношения — больная тема.
Я приглашаю гостью в кухню-гостиную. Она устраивается на диване, я же сервирую стол, а затем достаю продукты из холодильника.
— Миша погружен в рабочий процесс, — неожиданно говорит Романова. — Если его нет на работе, то он у Захарова. Если нет у Захарова, то встречается со свидетелями.
— А как Лариса Бережная связана с этим делом? — решаю задать вертящийся на языке вопрос.
— Лариса Бережная? — задумчиво переспрашивает она. — А, наша Лариса — секретарь.
Насколько мне известно, у нее есть хорошие знакомые в прокуратуре. Если я не ошибаюсь, даже сам прокурор, который ведет дело Захарова.
— Понятно, — бросаю я.
— А почему ты спрашиваешь? — задавая вопрос, Романова будто знает на него ответ.
— Она была моей лучшей подругой… — я запинаюсь. — А совсем недавно я узнала, что она встречалась с моим мужем.
— Инга, Миша женат на тебе, а не на ней. Прошлое осталось в прошлом, — она хмурится, глядя на меня.
