Парень приветливо ему улыбнулся, Николай попросил стакан сока и, вздохнув, заговорил. Актер он плохой, но выбора не было.
– Неделю назад здесь убили девушку…
– Да. – Парень за стойкой сразу посерьезнел. – Но это было не в мою смену.
Азиатка, внимательно посмотрев на Николая, подошла поближе.
– Я журналист. – Соку не хотелось, но он его отпил. – Вас тоже в тот день не было? – повернулся он к уборщице.
– Не было. Но девушку убили не у нас, а на улице.
– Я знаю, – кивнул Николай. – Но… кто-нибудь мог что-то видеть.
– Вы поговорите с другой сменой, – посоветовала азиатка. – Мы через день работаем. Только вряд ли они что-нибудь вам расскажут.
По-русски девушка говорила чисто, без акцента.
– Полиция всех тут расспрашивала, и нас с Темой тоже. – Она кивнула на парня. – Только никто ничего не видел. В смысле из наших.
– Все-таки я зайду завтра. – Николай, поставив недопитый сок, снова вышел на улицу.
Переулок был тихий. Навстречу ему женщина толкала детскую коляску, направляясь к бульвару. В коляске спал совсем крошечный ребенок.
Машин тоже почти не было. Ближе к часу пик переулок наверняка заполнится автомобилями, но сейчас дорога была пуста.
До метро было совсем близко, но он направился в другую сторону. Нашел проход между домами и снова вышел к библиотеке.
* * *Почему ее так заинтересовала бывшая Нинина соседка, Дана объяснить не могла. Наверное, это называлось интуицией.
Интуиция нашептывала, что два убийства и еще одна непонятная смерть каким-то образом связаны с бывшей девушкой Сергея, которая, как выяснилось, теперь известный врач.
Вера Сергеевна ходила к Елене на прием.
Нина видела ее накануне своей гибели.
Еще Лена была женой банкира, через банк которого проходили большие суммы денег. Очень большие, как явствовало из документов, которые Дана раздобыла не совсем честным путем. Если называть вещи своими именами, украла.
Вчера Федор весь вечер просидел за компьютером, а потом грустно сказал Дане:
– Они отмывали бабло через Бетамбанк.
Получалось, что муж не пропустил мимо ушей болтовню старушек на похоронах.
– Знаешь, – призналась вчера Дана, – я навязывала Любови Сергеевне свою помощь. Как будто чувствовала, что нас все это коснется…
– Кого нас? – Федор во всем любил ясность.
– Меня, – вздохнула Дана. – И тебя.
Муж поднялся из-за стола, сел рядом с лежавшей на диване Даной и серьезно сказал:
– Я не хочу, чтобы это нас коснулось."
"Дана тоже этого не хотела. И Нина не хотела, но смерть ее нашла.
