Только что-то в них неуловимо изменилось.
На меня смотрели черные глаза. Такие же, как у Лулу, такие же, как у дэйра. Глаза рода Альваринэль.
Неужели, это и вправду Арес?
- Он самый.
Я даже не поняла, как подкосились ноги. Просто почувствовала, что начинаю медленно оседать. Причем с раскрытым ртом и вытаращенными глазами.
Шейн (или все-таки Арес?) метнулся ко мне и подхватил под локоть, когда я почти шлепнулась пятой точкой в песок.
- Спасибо, – выдала машинально.
И поймала себя на том, что не могу оторвать взгляд от его лица.
- Ты не можешь быть моим дядей, – заявила Лулу, обращая внимание на себя. – Он мертв!
- Как видишь, это не совсем так. Но давайте, поговорим об этом потом. Мы должны уходить.
Арес-Шейн помог мне подняться.
Чтобы скрыть нервозность, я сделала вид, что отряхиваюсь, а потом с вызовом произнесла:"
"- Ты прав. Здесь не лучшее место для беседы, к тому же у нас есть раненый. Но тебе придется кое-что объяснить!
В черных глазах что-то блеснуло. Удивление? Раздражение? Восхищение? Или все сразу? Я не могла понять.
- Тогда поторопимся. Дым привлечет врагов.
Прямо с языка снял! Но я не собиралась сдаваться.
- Он еще привлечет и спасателей!
Под настороженным взглядом Лулу и напряженным моим, Арес-Шейн поднял Шаддара.
- В двух километрах отсюда граница зоны, – сообщил он, указывая в ту сторону, куда мы двигались изначально. – Но за этими барханами начинаются зыбучие пески. Будьте осторожны.
- Пески? – взвыла я. – Зыбучие?! Только этого не хватало!
Как будто мало на мою голову огромных сколопендр, плюющихся кислотой, раненых эльданов, пылающих киборгов и восставших из мертвых принцев!
Где эти чертовы спасатели?! Я на них жалобу напишу самому дэйру!
Ругаясь про себя, на чем свет стоит, я схватила Лулу за руку и потащилась за Шейном.
***
Он шел впереди, неся на плече эльфоангела, а я буравила его спину пристальным взглядом и все пыталась понять, что же случилось. Как Шейн мог оказаться мертвым принцем? Ведь смерть Ареса подтверждена официально! Да, тела никто не видел, но, как сказал Флейк, сам момент передачи «абсолютной власти» уже непреложное доказательство гибели ее прежнего носителя!
Так умер Арес тогда, на «Тентурии», или нет? И с кем я, мама дорогая, переспала? С киборгом или… с принцем?
У меня голова дымилась от догадок и подозрений, а еще перед глазами стоял эпический момент, достойный Джеймса Камерона: ослепительно-белое зарево, а на его фоне – мужская фигура, объятая пламенем.
Не выдержав, я прибавила ходу.
