Я и не знала, что он сберёг его.
Рассевшись по машинам, мы отправляемся в Стамбул. В полнейшей тишине. Говорить нечего, а если и есть, то совершенно не хочется растрачивать на это свои силы.
Как только мы въезжаем в Стамбул машины делают вынужденную остановку, чтобы высадить Анастасию.
Так нужно, — лаконично отвечает Эмир на мой заданный вопрос.
По мере приближения к особняку я начинаю заниматься выстраиванием невидимых барьеров, но все они рушатся, стоит нам подъехать к месту, куда я надеялась уже никогда не возвращаться.
— Диана, оставайся в машине, — требует Эмир.
— Нет! Не оставляй меня здесь одну, прошу! — категорично мотаю головой из стороны в сторону, мёртвой хваткой вцепившись в его плечо.
Для меня его слова как ножом по уже израненному сердцу. Не больно, смирилась, но ещё хотя бы одно ранение — и оно может оказаться фатальным.
— Диана, чёрт…
Ему трудно говорить, трудно оставлять меня одну и так же трудно взять с собой во вражеское логово. Во всём без исключения сейчас заключается трудность.
Тогда стоит ли понапрасну придерживаться правилам и глупым мерам предосторожности? Осторожничай, не осторожничай, а всё так или иначе произойдёт по сценарию самой злосчастной судьбы.
— Я пойду с тобой. Если ты запрёшь меня в машине, то я выбью окно, или вылезу через багажник, но всё равно пойду с тобой.
У него не находится отговорок.
Рука об руку мы входим на территорию особняка, где заметно тихо. На улице никого нет. Свет из окон практически нигде не горит.
35. Ударная волна
Войдя в дом, мы минуем первый этаж.
Хотя я была уверена, что мы держим путь к Каплану. Вскоре мы проходим и второй этаж. Останавливаемся только на третьем этаже. Напротив двери в комнату Назара и Софии. Без стука Эмир врывается в их покои, где внутри оказывается только София, разговаривающая по телефону. Уже невооружённым взглядом видно, как округлился низ её живота под обтягивающим топом.
Мысленно хнычу. Беременность оказалась куда более правдивой, чем представлялось.
— Дорогой, я тебе перезвоню, — елейно произносит она, прячет телефон в карман своих брюк и тут же меняется в лице, натянув улыбку по самые уши.
— Чем обязана?
— Код от сейфа. Живо говори! — рычит Эмир, пряча меня за своей спиной.
Как проворная лиса она движется в нашу сторону.
— Ты должен знать, что я не владею такой информацией. Только Назар знает этот код, — ехидно она посмеивается, метнув взгляд на мой живот. — А что тебе понадобилось в нашем сейфе, позволь поинтересоваться? Твоего там ничего нет.