Гуров стоял и размышлял, что делать дальше, когда она подняла на него глаза и сухо поинтересовалась:
— Я неясно выразилась? Мне вызвать охрану? Или сразу полицию?
И тут Лев пошел ва-банк. Сев к ее столу, он достал и протянул ей свое служебное удостоверение. Она его взяла, внимательно прочитала, несколько раз переводя взгляд с фотографии на него, а потом вернула и раздраженно спросила:
— Тогда к чему этот маскарад?
— Так надо! — кратко ответил Лев уже не просительно-искательным, а своим нормальным, то есть властным и жестким тоном.
— Это связано с тем уголовным делом, которое возбуждено против Егорова? — поинтересовалась женщина.
— Да! И предупреждаю вас, что моего удостоверения вы никогда не видели, как и меня самого, — добавил он.
— Спрашивайте, — кратко предложила она.
— Зинаида Леонидовна, меня интересует ваше мнение о Егорове, а также все, что вы знаете о его друзьях. Кое-что мне уже рассказала его бывшая соседка Пелагея, но ваша информация, я думаю, будет более исчерпывающей и весомой."
"— Про его семью вы уже все знаете? — спросила она, и Лев кивнул.
— Хорошо. Тогда по самому Николаю. Учился на тройки, но и двойки тоже бывали. Недалекий, но выгоду свою всегда знал. То, что он сумел втереться в доверие к Григорьеву, который, кстати, тоже из нашего района, меня не удивляет — он очень исполнительный. Знаете, классе в шестом или седьмом ему поручили проконтролировать подготовку класса к смотру художественной самодеятельности. Он носился как угорелый, теребил всех, напоминал, заставлял, и класс выступил очень достойно.
Но! Он не привнес ничего своего. Когда мне сказали, что Егорова подозревают в финансовых махинациях, я просто не поверила — он не способен ничего придумать! Выполнить чей-то план — да, но создать свое — никогда! — уверенно заявила она.
— Мы тоже пришли к такому мнению, но в его теперешнем окружении нет людей, которые бы подарили ему такую плодотворную идею. Потому-то я и приехал сюда — вдруг среди друзей его детства такие найдутся? Вдруг, попав на столь хлебное место, он понял, что самостоятельно не сможет выжать из этой ситуации все до капли, вспомнил о ком-то и пригласил к себе в Москву? — предположил Лев.
— Во-первых, друзей у Егорова никогда не было, — заявила женщина. — Он лебезил перед теми, кто сильнее, и помыкал более слабыми.
— Это вы о Рожкове и Макаке? — уточнил Гуров. — А что вы можете о них сказать?
— Юра Рожков, — задумчиво произнесла директор. — Очень способный мальчик. Но знаете, не любил ничем выделяться.
