Он знал, что людям с ним трудно, да ему порой с самим собой было не легче, но он ничего с этим поделать не мог — что выросло, то выросло! Но Стас! Его верный друг Стас сейчас даже не захотел его дослушать до конца, поэтому понял все совершенно неправильно. Высказал все, что накипело у него на душе за многие годы, и ушел. Значит, действительно наступил предел его терпению, на что он, в общем-то, уже намекал. И винить за это Льву было некого, кроме себя самого. А ведь он, начиная разговор, имел в виду совсем другое, потому что про Новоленск никогда не забывал, но никакого раскаянья и угрызений совести при этом не испытывал.
И Лев страшно обиделся на Стаса, причем не за то, что тот ему наговорил, а за то, что домыслил то, чего у него и на уме-то не было. Горестно вздохнув, Лев разложил по карманам вещи и документы, надел куртку и пошел в управление.
К его удивлению, Стаса там не оказалось. Решив, что он пошел пройтись, чтобы остудить буйну головушку, Лев попросил принести из архива разыскное дело о побеге из детдома восьми мальчишек и стал его изучать.
А Стас тем временем, дождавшись в буфете, когда Лев уйдет из гостиницы, снял себе другой номер и перенес туда свои вещи, хочет Гуров жить с полным комфортом — пожалуйста, а ему, Крячко, и здесь не дует! И вообще он решил впредь держаться с Гуровым строго официально. А что? Все в жизни бывает — был друг, да протух! Не держать же при себе эту гниль! Выбросить, и вся недолга!
Устроившись на новом месте, Стас тоже пошел в управление.
Заглянув к Фомину, он предупредил его, что из гостиницы никуда перебираться не собирается, а вот Гуров как хочет. «Следак» озадаченно на него посмотрел, а потом махнул рукой — разбирайтесь, мол, сами. Заявившись в отведенный им с Гуровым для работы кабинет, Стас только что каблуками не щелкнул у порога и заявил:
— Полковник Крячко прибыл для получения дальнейших указаний.
— Прошу вас пойти в детдом и выяснить, когда и куда выбыли вот эти его воспитанники, — сухо сказал Гуров и протянул Крячко отксерокопированный список из восьми фамилий.
— Разрешите выполнять? — по-военному спросил Стас.
— Идите, — кивнул Лев."
"Крячко четко развернулся и ушел, а Гуров стал изучать материалы дальше. Он читал и не верил ни слову из того, как мальчишки объясняли, где они были все это время. По их версии, они болтались по Подмосковью, ночевали в заброшенных домах по деревням, воровали оставшиеся на дачах овощи и фрукты, и все в этом духе.
