Затем, обмакнув кончик когтя в зеленые чернила, написал на свитке:"
"Пусть эта чернильница подлетит и стукнется о потолок, а после сядет мне на ладонь, не пролив ни капли и снова став обычной.
Стоило ему дописать предложение, как чернильница подлетела к потолку, коснулась слегка камня и опустилась на лапу Мракокраду.
– Во имя звезд, – прошептала Ясновидица.
– Понимаешь, что это значит? – чуть встревоженно спросил он. – Я нашел способ, как пользоваться магией, не теряя души, не становясь злым и вообще не навлекая никакой беды.
С этим свитком чары можно творить без конца. Магия отделена от меня, моей души не затронет. Я навсегда останусь самим собой. – Ткнув когтем в свиток, он присмотрелся к Ясновидице. – Тебе нравится?
– Можно взглянуть?
Мракокрад кивнул, понимая, к чему она клонит. Ясновидица закрыла глаза и увидела спирали потоков: да, она уже видела этот свиток в будущем. Во многих его вариантах Мракокрад сам приходил к этой мысли, в других ее подсказывала Ясновидица, а он соглашался – не всегда, впрочем, охотно и в разной степени уперто.
Однако больше половины вариантов будущего показывало, что свиток лишь имитировал его силу, но не хранил ее в себе.
Ясновидица знала, что такое вообще возможно, что в каких-то временных потоках так и произойдет, но не ждала, что Мракокрад целиком откажется от обладания магической силой.
Этот ход и правда менял будущее – многие его варианты. Пути к счастью и миру внезапно сделались ярче, засияв гранями возможностей. Темные пути таяли и отступали.
Потоки, в которых сила пожирала Мракокрада, почти исчезли.
Он все еще мог совершить дворцовый переворот и узурпировать трон. Он все еще оставался угрозой для ее близких.
Но прямо сейчас Мракокрад, стоявший перед ней, пошел на непомерную жертву ради общей безопасности. Чтобы и Ясновидица ощущала себя спокойнее.
Должно быть, он тоже заглянул в будущее. Увидел, что другие версии свитка не сработают как надо.
Понял, что иначе не заслужит ее полного доверия.
Ясновидица открыла глаза и взглянула на Мракокрада.
На его лучащуюся надеждой морду, на когти в изумрудных чернилах, на чуть дрожащие полуночно-черные крылья.
«Это Мракокрад до того, как совершит что-то ужасное. Это лучшая его версия. Таким его любить безопасно.
Он ради меня отдал всю свою силу».
Ясновидица обняла его крыльями и прижала к себе столь порывисто, что оба повалились на одеяла.
– Надо думать, сработает, – смеясь и обнимая Ясновидицу, сказал Мракокрад.
