И все же от тревоги, когда Глубин открывал дверь во внутренние покои, щекотало в горле. В комнате было совершенно темно.
– Индиго?
– Ее тут нет, – ответил Причал, хотя это и так было видно, даже без ночного зрения. Здесь ощущалась пустота, как в раковине, из которой высосали улитку. Колыхались у выхода на балкон занавески. Мракокрад первым вошел в комнату и осторожно огляделся.
– А… куда она могла пойти? – спросил Глубин.
– На охоту? – предположил Причал. – Купаться? На прогулку? Понесла письмо курьерам?
Догадки звучали разумно, но снаружи лило как из ведра.
Да и Глуби́на не оставляло какое-то смутное ощущение тревоги.
– Причал, ступай проверь на кухне и в курьерской, – приказал он. – Э-э… пожалуйста.
– Хорошо, – с тяжелым вздохом ответил Причал.
Как только за телохранителем закрылась дверь, Глубин подошел к балкону и выглянул наружу. Индиго точно не высунулась бы на улицу в такую непогоду.
Мракокрад тем временем дыхнул пламенем на лампы у двери и зажег заодно свечи над камином.
Отошел в другую часть комнаты и что-то удивленно пробормотал. Глубин обернулся.
Мракокрад взял лампу со стола и к чему-то там присматривался.
– В чем дело? – поспешил к нему Глубин.
Друг указал на рваный влажный кусок свитка, прижатый деревянной фигуркой дракончика. Почерк точно принадлежал Индиго.
Глубин!
Прости, ты был прав. Для меня тут небезопасно. Рисковать не стоит. Я не
Я улетаю домой.
Прошу, не ищи меня с помощью магии. Удачи.
ИндигоЗемля как будто ушла у него из-под лап.
В мире словно разом погас весь свет, и Глубин провалился в бездну.
Он не в силах был оторвать взгляда от зачеркнутых слов. «Я не…» Что? «… люблю тебя»? «… хочу быть с тобой»? «… доверяю тебе больше»?
Как она могла взять и бросить его?
Даже не попрощалась.
Это было совершенно на нее непохоже.
С другой стороны, мудрый выбор. Разве он сам не этого для нее хотел? Чтобы она жила нормальной жизнью, как можно дальше от него?
Хотя…
Глуби́ну не верилось, что Индиго ушла.
– Сочувствую, Глубин, – произнес Мракокрад.
– Она и правда отличный телохранитель.
Глубин кивнул, слишком потрясенный и не в силах ответить. Он взял со стола фигурку и скользнул взглядом по изгибу шеи. Дракончик и правда здорово походил на Индиго.
– Эй, Мракокрад, ты… не против, если я оставлю это себе?
Мракокрад как будто задумался на мгновение – хотя Глуби́ну могло и показаться, потому как ночной быстро кивнул и обнял его:
– Конечно, конечно, оставь себе, если нужно.
