— Я присоединюсь к вам уже на складе. Можете приступать к работе, как только стемнеет. Папаша, а вы займете свой обычный пост. И не забывайте о том, что нам следует справиться со всем к четвергу.
* * *Дом на Франклин-стрит выглядел весьма внушительно. Лет двадцать назад он считался одним из самых элегантных и, если хотите, аристократических зданий. Время и превратности вкуса и моды, а в значительной степени, и тот несомненный факт, что спрос на жилье перемещался здесь с севера на юг с быстротой весеннего шторма, привели к тому, что дома на Франклин-стрит стали цениться намного ниже тех, что находились южнее.
Среди местных жителей даже бытовала шутка, что по доброй воле никто не отправляется на север, если только не собирается усесться на пароход, уплывающий в Европу. И, как во всякой шутке, здесь содержалась немалая доля истины. Однако дома на Франклин-стрит все еще сдерживали наступление трущоб, в отличие от многих других улиц Восемьдесят седьмого участка, где дома, тоже некогда элегантные и аристократичные, были уже со всех сторон опутаны щупальцами наступающей бедности.
Дома на Франклин-стрит все еще могли похвастаться швейцарами, а иногда — и лифтерами. Лестничные клетки их еще не пестрили похабными надписями, в холлах царил порядок. Да и цены здесь, несмотря на падение спроса, продолжали оставаться достаточно высокими.
Все это заставило Кареллу призадуматься: каким образом такой человек, как Джон Смит, живущий на социальное пособие, мог позволить себе снимать квартиру на Франклин-стрит? Швейцар, стоявший за стеклянной дверью, предупредительно распахнул ее и вышел на тротуар.
— Чем могу служить, сэр? — осведомился он.
— Видите ли, я тут разыскиваю одного из ваших жильцов — человека по имени Джон Смит.
— Да, сэр, у нас проживает такой, — сказал швейцар. — Только его сейчас нет. Честно говоря, я уже давненько его не видел.
— И как давно его нет?
— Да с прошлого месяца.
— Ах, так? А как давно он проживает здесь у вас, не могли бы вы припомнить?
— Он недавно к нам переехал, всего несколько месяцев тому назад.
— А точнее вы не могли бы сказать?
Швейцар, прищурившись, пригляделся к Карелле.
— А вы что — его друг? — осведомился он.
— Нет, я полицейский. — Карелла показал свой жетон.
— Ах так.
— Да. Так можете вы сказать, когда он сюда въехал?
— Я думаю, что это было в последних числах февраля.
— А в последний раз вы его видели в марте, я правильно вас понял?
— Совершенно верно, сэр.
— И он один живет в квартире?
— Этого я не знаю.
