Двадцать процентов в обоих глазах, хотя мне и стукнуло семьдесят четыре!
— Так какая же…
— Машина на той стороне улицы — «Бьюик» пятьдесят четвертого года, за ней фургон, «Форд» пятьдесят второго, а там вон…
— А что вы скажете насчет машины, в которой уехал тот тип? — спросил Хейз.
— По-вашему, я не знаю, что это была за машина?
— Ничего подобного, я уверен, что вы знаете. И жду, когда вы мне об этом расскажете.
— ""Додж"" сорок седьмого года, — хитро прищурясь, сказала старуха.
— Седан?
— Да.
— Четырехдверный или двухдверный?
— Четырех.
— А цвет?
— Зеленый, но не фабричный. Фирма «Крайслер» никогда не выпускала машины такого цвета.
— Что же это за цвет?
— Ну, такой темно-зеленый. Машина перекрашена, можете не сомневаться. Это не фабричная окраска.
— Вы уверены?
— В машинах я кое-что смыслю. Спросите про какую хотите. Никогда не видела, чтобы «Крайслер» красил машины в такой цвет. Даже теперь, когда одна расцветка безумнее другой.
— Огромное спасибо, мисс Фицгенри, — сказал Хейз. — Вы нам очень помогли.
Он проводил её до порога. Там старуха остановилась и чарующе улыбнулась, показав редкие кривые зубы.
— Разве вам не нужен мой адрес? — спросила она.
— Зачем, мисс Фицгенри?
— Чтобы знать, куда прислать мне чек, — ответила старуха.
Глава 7
Берт Клинг сидел в дежурке и беседовал по телефону со своей невестой Клер Таунсенд.
— Я сейчас не могу говорить, — объяснял он.
— Даже не можешь сказать, что любишь меня?
— Нет.
— Почему?
— А потому!
— Кто-то рядом?
— Да.
— Кто же?
— Мейер.
— Ты меня звал? — повернулся к нему Мейер.
— Нет, нет.
— Ты меня любишь? — спросила Клер.
— Да, — ответил Клинг и украдкой посмотрел на Мейера.
Мейер был весьма неглуп. Наверняка он понял, что спросила Клер, потому что пришел в восторг от замешательства Клинга, который не переставал удивляться женщинам. Клер, красивая и умная девушка, почему-то никак не могла взять в толк, что дежурная комната следственного отдела — не самое подходящее место для разговоров о любви. Он представил себе Клер — копна черных волос, бездонные карие глаза, узкий нос, высокие скулы…
— Скажи, что любишь меня, — не унималась Клер.
— Что ты делаешь? — спросил Клинг.
— Готовлюсь к экзамену.
— К какому?
— По социологии.
— Вот и хорошо. Иди и занимайся. Если ты хочешь в этом семестре получить диплом…
— А если я получу диплом, ты на мне женишься?
— Женюсь, когда ты найдешь работу.
— Если бы ты стал лейтенантом, мне не пришлось бы искать работу.
— Само собой.
