— Что? — спросила она.
— Выпьешь что-нибудь? — повторил он с улыбкой.
— А мне просто виски, — сказала она.
— Слушаюсь, мисс, — сказал официант, — Виски для леди, и как вы сказали, что для вас, сэр?
Он глянул на официанта и она заметила, что во взгляде его промелькнуло неприкрытое раздражение. И с каким-то близким к жестокости выражением он проговорил, растягивая слова по слогам: “Р-е-м-и м-а-р-тин”, как произнес бы это человек с перехваченным горлом.
— Слушаюсь, сэр. Само собой разумеется, сэр, — поспешно проговорил официант и с поклоном попятился от стола.
Приссила не могла налюбоваться на своего мужчину, восхищаясь его смелостью, быстротой и уверенностью в себе.
— Так о чем же ты хотел, чтобы мы поговорили? — спросила она наконец.
— Сначала мы выпьем, — ответил он с улыбкой. — Нравится тебе здесь?
— Да, здесь просто великолепно. Все так непривычно. В Фениксе наверняка нет ничего и похожего.
— Это — самый замечательный город в мире, — сказал он, наклоняясь к ней. — Это — единственный город, где можно жить по-настоящему.
А если ты к тому же ещё и влюблен, то никакие остальные города недостойны с ним и рядом стоять. Даже Париж. Париж всеми признан как самый подходящий город для влюбленных, но он все равно уступает этому городу.
— А ты бывал в Париже?
— Я был там во время войны, — сказал он. — Меня тогда забросили к немцам в тыл.
— Но это было, наверное, очень опасно, — проговорила она, чувствуя глупый прилив страха и одновременно понимая, что пугаться задним числом — полный идиотизм.
Он равнодушно пожал плечами.
— А вот и наше пойло, — сказал он. Официант принес заказанное ими спиртное и осторожно поставил перед каждым из них.
— Угодно вам сейчас ознакомиться с меню? — спросил он.
— Да, пожалуйста.
Официант оставил меню и на цыпочках удалился. Приссила подняла свой стакан, он — свой.
— За нас с тобой, — сказал он.
— И только?
— А это, собственно, и все, Прис, — сказал он, и снова она встретилась с его прямым и искренним взглядом. — Мы — это все, что мне нужно. — Он выпил.
— Отлично.
Она выпила одновременно с ним, чувствуя, что просто по-идиотски пялится на него.
— А о чем, о чем ты хотел поговорить?
— О дате, — просто ответил он.
— О… о дате?"
"— Ты же знаешь, что я хочу, чтобы мы поженились, — сказал он и, внезапно потянувшись над столом, прикрыл своей рукой её руку. — Прис, ты слышала мой крик о помощи и ты откликнулась на этот зов. О, Прис, поверь мне, были буквально десятки писем, адресованных мне после этого объявления.
