И здесь детектив, описывая труп, может подобрать определения, варьирующиеся от сухощавого до приземистого или, если речь идет о глазах, от маленьких до больших и выпученных, от светлых до темных и даже черных, и все это в самых различных комбинациях.
Горе было в том, что в данном случае приходилось иметь дело с так называемым “всплывшим трупом”, а это почти всегда означало, что он находится в той или иной степени разложения. Когда обнаруживают неопознанный труп, обычно сразу же принимаются описывать глаза, их цвет, форму и так далее.
Но Карелла не мог сделать этого, поскольку глаза как таковые уже разложились. Если бы он решил, например, дать определение цвета волос этой девушки, то ему пришлось бы констатировать лишь тот непреложный факт, что волосы у неё выпали. Однако вместо этого он просто отметил крупными буквами “ВСПЛЫВШИЙ ТРУП”. А для людей, знающих, что это означает, это, по существу, позволяло представить себе общую картину. После этого он перешел к другим графам.
8. Описание одежды: единственным предметом одежды является бюстгальтер.
Следует направить его на экспертизу для обнаружения меток прачечных и химчисток.
9. Украшения и прочие ювелирные изделия, обнаруженные на трупе: не обнаружено.
Карелла со вздохом захлопнул свою книжку.
— И что ты думаешь обо всем этом? — спросил Ди-Анджело.
— Тебя интересует статистика или то, что я сам об этом думаю? — спросил Карелла.
— Да я и сам не знаю. Я просто так спрашиваю.
— Согласно статистике эта девушка вообще не должна была умереть, — сказал Карелла.
— Все это — самая настоящая ошибка.
— То есть как это?
— Судя по внешним признакам, я сказал бы, что пробыла она в воде месяца три-четыре. А за это время кто-то наверняка объявил её без вести пропавшей, если, конечно, предположить, что у неё есть родственники или друзья, и, таким образом, она должна считаться без вести пропавшей.
— Да-а? — протянул Ди-Анджело, на которого слова Кареллы произвели большое впечатление.
Ди-Анджело очень уважал Кареллу.
Частично этому уважению способствовал тот факт, что оба они по происхождению были итальянцами, и Ди-Анджеле приятно было видеть, до каких высот может дойти простой итальянский парень. И к Карелле он относился примерно так, как к Фрэнку Синатре. Но, в основном, ему нравилось то, каким Карелла был полицейским — хитрым прекрасно осведомленным и жестким в выполнении своего служебного долга. А это, по мнению Ди-Анджело, было несравненным набором качеств.
