— Ага, — отозвался Рейф, у которого по-прежнему бешено колотилось сердце. Он был перепуган насмерть, хотя никому не признался бы в этом. Столько денег! А что, если вдруг случится какая-нибудь накладка? Глупо было бы засыпаться, да еще с такой кучей денег. — Который час? — спросил он, делая поворот, выводивший их прямо на стоянку у паромной пристани.
— Одна минута седьмого, — сказал глухой.
— А где же паром? — спросил Рейф, окидывая взглядом реку.
— Придет паром, — ответил глухой. Он был в отличном настроении. Его план учитывал вероятность того, что по пути им могут встретиться полицейские.
Ну что ж, они и были совсем рядом с ними, когда полицейская машина промчалась мимо, спеша к бушевавшему пожару. Зажигательные бомбы сработали просто великолепно. Может быть, ему удастся уговорить остальных несколько увеличить долю Папаши в качестве премии. А может быть…
— Да где же этот проклятый паром? — нетерпеливо спросил Рейф.
— Еще рано. Придет, когда нужно.
— А вы уверены, что он отходит в шесть ноль пять?
— Вполне уверен.
— Дайте-ка я гляну на это расписание, — попросил Рейф.
Глухой молча полез в карман, достал листок с расписанием движения парома и протянул Рейфу. Тот принялся бегло просматривать его.
— О Господи! — воскликнул он с отчаянием в голосе.
— Ну, что там еще?
— Так он сегодня не ходит, — лихорадочно заговорил Рейф. — Тут рядом мелким шрифтом напечатано “Пр.д.” — праздничные дни. Это значит, что паром этот ходит только тринадцатого мая, четвертого июля и…
— Вы ошибаетесь, — спокойно отозвался глухой.
— Буквы “Пр.д.” стоят у того парома, который отходит в четверть восьмого. А рядом с тем, что отходит в шесть ноль пять, никаких пометок нет. Я это расписание, Рейф, вызубрил уже наизусть.
Рейф снова сверился с расписанием.
— О, да, — смущенно пробормотал он. — Все верно. Так куда же он провалился, черт побери?
— Придет, придет, — заверил его глухой.
— А который час?
— Четыре минуты седьмого.
* * *В Маджесте Чак прикурил очередную сигарету и склонился поближе к стоявшему рядом приемнику.
— Пока нет никаких сообщений, — сказал он. — Они даже не представляют себе, что на них обрушилось. — Он помолчал. — Я считаю, что наша операция удалась.
— А что, если нет? — спросил Папаша.
— О чем это ты?
— Что тогда нам делать? Ну, если они засыпались.
— Об этом тут же скажут по радио. Весь народ сейчас только того и ждет, чтобы ему объяснили, что творится в городе. Такую информацию они постараются сразу же сообщить. Ну, а тогда мы тут же смоемся.
