Кажется, это рефлекс.
— Расслабьтесь, Вадим Александрович. — Чтобы скрыть собственное волнение, подразниваю его шепотом, запрокинув голову.
Улыбаюсь лукаво, подмигиваю.
Он в ответ только губы сильнее сжимает.
- Я тебе в четверг обязательно тоже посоветую расслабиться.
Вадим говорит гадость, и только когда видит, что я возмущена, усмехается уже по-живому.
— Кода ты мне звонил, почему дышал так тяжело? — его близость действует на меня опьяняюще. Сидя в кресле напротив ни за что этот вопрос не задала бы. А сейчас нет сил сдержаться.
— В футбол играл, Марьян. Это у тебя в голове все только и делают, что трахаются.
Я... Моя собака.
Он говорит тихо-тихо. Фотограф нас скорее всего не слышит. Но к моим щекам всё равно приливает краска. А ещё мне становится спокойней. Это глупо, но я изъедала себя мыслями, как он мог так быстро с кем-то другим.
— А можно я вас вместе? Так смотритесь красиво.
Девушка-Алина вроде и спрашивает разрешения, но согласия не ждет. Мы с Вадимом слышим серию щелчков затвора фотоаппарата, которые ни смолкают, только после этого я снимаю пальцы с галстука.
Рука Вадима съезжает с моей талии по бедру.
Разворачиваюсь и отхожу. Может чудится, но снова чувствую взгляд спиной.
— Садитесь, Вадим Александрович.
Апина продолжает изнасилование Вадима фотосессией. Он со вздохом смиряется.
Обернувшись, я вижу, что пытается выглядеть натуральней, но у него не получается на пятерочку.
Сам злится из-за этого. А ещё, наверное, из-за моего присутствия рядом. Но и выгнать не может.
— Вадим, - окликаю его по имени. Снова волнуюсь, но хочу помочь. Он поворачивает голову, смотрит, вскинув бровь.
У меня губы дрожа. Хочу, чтобы получилось:
— У меня в голове ты отлично... В футбол играешь.
Взгляд Вадима зажигается. Его синтетическая улыбка становится ироничной.
Живой. Интервалы между щелчками фотоаппарата сокращаются.
— Идеально! Продолжайте так смотреть, пожалуйста. Фотографии будут невероятные!
В моей голове крутится: вот видите, Вадим Александрович, я тоже могу быть вам полезной.
Глава 17. Марьяна
Всё оставшееся до злосчастного четверга время я настраиваюсь на то, что утро будет сложным.
Веду в голове диалоги с предателем-Кириллом, тренирую испепеляющие взгляды, которые буду бросать в сторону его шлюшки-Лорика."
"В десять утра мы встречаемся с Вадимом в офисе Багирова и едем вместе на его машине. Всю дорогу я нервничаю. Мои руки беспокойны. Мну ткань юбки и сжимаю-разжимаю мягкую кожу сумочки.
