Что не вытерпишь ради сладкого чувства свободы. А лицо заживет, пока я буду отдыхать за границей.
Как можно без палева обтяпать побег?
Пункт первый — пообещать кучу бабла дилерам, что снабжали мой клуб наркотой.
Они нашли нужного человека, специалиста по этому делу. Тот обеспечил куклу. Точнее, чмошника, который теперь в кутузке вместо меня.
Пункт второй, самый неприятный, — заплатить сокамерникам за собственное избиение, чтобы очутиться в лазарете.
Пункт третий, приятный, — сбежать, оставив вместо себя точно так же измордованного придурка, который будет изображать меня.
Кретин по наивности думает, что будет спокойно мотать срок за меня, а там ему обеспечат хорошего адвоката, повторный суд или амнистию. Все для того, чтобы его вшивая семейка ни в чем не нуждалась. Разменял свою жизнь на их.
Как будто он не догадывался, что никто так рисковать не будет."
"Его прирежут в душе уже сегодня. Или уже прирезали. Мне плевать, если честно. Он — расходный материал, пища для хищников типа меня.
Так сложилось, что некоторые люди — пища, а некоторые — хищники, и никто тут не виноват.
Зачем понадобилось его убивать? Все просто — мне не нужны свидетели.
К тому же у меня мать — ослица.
«Ваган, скажи, что это не ты! Я не верю, тебя заставили, ты не виноват! Я с тобой, мой мальчик!» — ее глупые слова до сих пор гудят в ушах.
Мне так и хотелось тогда ей заорать — это все я! Я — твое самое большое в жизни разочарование. Я не хороший мальчик, как твой Барсег, я другой, хоть раз увидь меня!
Да, моя мать — слепая ослица, упрямая к тому же.
Она наверняка не оставит своих попыток со мной повидаться. И уж она наверняка поняла бы, что в тюрьме сижу не я, будь подставной зек хоть моим братом-близнецом… А он не близнец, хотя после того, как нам обоим измордовали лицо, мы практически идентичны.
К слову, подкупленные ребята изуродуют ему руки, так что ни по каким отпечаткам его не опознают. А данные зубной карты у моего стоматолога спецы уже заменили.
Все будет шито-крыто.
Уже через несколько дней, когда шумиха немного поуляжется, надежный человек переправит меня за границу. Потом частный самолет, Куба — и поминай как звали.
Но перед тем, как исчезнуть из этой проклятой страны навсегда, я решил сделать ма-а-аленькую остановку в пригороде столицы.
Отдать должок любимому братцу.
Я стою в дверном проеме и искренне наслаждаюсь моментом.
— Как ты здесь оказался? — хрипит Барсег.
Он явно в шоке.
